– Ваше высочество, поверьте, вам не о чем беспокоиться. В случае неудачи мы возьмем всю вину на себя.

– И вообще, - ухмыляется Давина, - я не знала, что вы такой трус.

Это задевает Адриана за живое. Он резко оборачивается к ней, и его глаза сверкают праведным гневом:

– Трус? Да за кого ты меня принимаешь?
– он сгребает чертеж в охапку, - давай сюда. Я все изучу, и мы прорвемся туда без приключений.

Через два часа споров о том, как лучше выбрать Хранителя и не стоит ли нам с Давиной потренироваться, мы заседаем в катакомбах возле входа в Солнечный город. Его всегда охраняют двое стражников, и сейчас они спокойно держат свою вахту.

– Помни, - напоследок шепчет мне на ухо Давина, - почувствуй, как наши силы соприкасаются и направь их в него, выискивая темноту магии в его душе.

Как по мне, ее слова не имели ни малейшего смысла, но я уверенно кивнула. Адриан издает смешок за моей спиной, и я припечатываю его взглядом к холодному камню стены.

– Молчу, - усмехается он, приподнимая руки, - ну что, начинаем спектакль?

Мы с Давиной переглядываемся, и я различаю сомнение в ее глазах, но в следующую секунду она кивает. Мы обе понимаем, что не можем допустить ошибку - нельзя провалить миссию еще до начала Совета.

Я выглядываю из нашего укрытия и кидаю взгляд на часы, тикающие над головой Хранителей. Сейчас ровно пять часов. У нас есть два часа на то, чтобы выполнить нашу миссию и вернуться в Солнечный город перед тем, как остатки Ордена представят магию Искупителей на Совете и Док объявит срочную эвакуацию.

– Пора, - шепчу я, и Адриан выходит из нашего укрытия.

Он приближается к одному из Хранителей с заранее заготовленной фразой о том, что его вызывает король. Мужчина в желтой униформе неуверенно смотрит на принца и недолго с ним о чем-то спорит перед тем, как спуститься вниз и завернуть за угол, чтобы направиться к выходу из катакомб.

Мы с Давиной вырастаем перед ним во весь рост, и Давина бьет его кулаком в лицо. Он издает тихий вскрик и валится вперед, а я связываю его руки за спиной, и вскоре мы обе уже сидим перед ним на коленях. Он стонет и смотрит на нас затуманенным взглядом, стараясь что-то произнести.

Осторожные языки пламени вырываются из меня, и я чувствую, как к ним присоединяется нечто, напоминающее мне лозы. Они тянутся к огню и переплетаются с всполохами моей силы, а затем мгновенно устремляются к Хранителю. Его глаза расширяются, и он начинает быстро дышать, когда поток нашей силы вливается ему в грудь. Внутри мужчины я натыкаюсь на странную темную массу, которая кусает мое пламя, недовольно устраиваясь среди серебристых всполохов души просвещенного.

– Давай, это оно, - рычит Давина, и ее лозы устремляются вперед, обволакивая черную массу.

Я делаю над собой усилие и огонь рвется следом, и вместе мы обхватываем темный сгусток, пока он, кряхтя, не сжимается до крошечных размеров, практически исчезая среди цветущего буйства Давины и моего разгорающегося пламени.

Адриан вырастает за нашими спинами и направляет на Хранителя руку, глядя на него широко распахнутыми глазами, в которых плещется удовольствие. Хранитель задыхается собственным криком и расплывается в улыбке, склоняя перед ним голову:

– Приказывай, господин.

Я отпускаю свою силу и прислоняюсь головой к стене, тяжело дыша. Из носа у меня струится кровь, и я со стоном утираю ее рукой.

– Какое блаженство, - произносит Адриан, хрустя шеей.

– Не привыкайте, ваше высочество, - приподнимает брови Давина. По сравнению со мной она кажется совершенно здоровой.

– Масло у меня с собой, - игнорируя ее, произносит Адриан, покачивая перед нами небольшой флягой.
– Самое время отправляться. Эланис, ты в порядке?

Я с трудом киваю и медленно встаю, придерживаясь рукой за стену. Голова у меня гудит, как будто меня хорошенько ударили ею об стол, но я не позволяю себе отвлекаться на боль. Меня куда больше волнует мое пламя. Я чувствую, как моя сила неуверенно зажалась в моем сердце и с трудом откашливается огнем.

– Ты истощена, - произносит Давина, окидывая меня взглядом.

– Я справлюсь, - вздыхаю я.

Адриан с сомнением смотрит на нас, а затем переводит взгляд на Хранителя и приказывает ему громким голосом:

– Ты пойдешь за мной и будешь охранять нас от любых невзгод, которые встретятся на нашем пути.

Тот кидается к нему и принимается целовать полы его светлого плаща.

– Умереть за тебя - честь, мой господин.

Мы начинаем продвигаться вниз по катакомбам, петляем среди запутанных каменных коридоров, и вскоре достигаем крутой лестницы. Мы поднимаемся по ней и останавливаемся перед тем, что ранее показалось мне тупиком.

– Здесь Давина нас оставит, - заявляю я, бросая на нее многозначительный взгляд.