– Я все понял, - закатив глаза, усмехнулся Габриэль.

Сердце скачет у меня в груди от предвкушения и азарта.

– И когда мы выдвигаемся?

– Я приказал конюхам подковать и напоить коней. Осталось условиться с Эсмеральдой, приготовить вашего коня, и мы сможем выдвинуться этой ночью. С нами поедут Надсмотрщики из Стейси, с которыми я приехал, но они не болтливы. Ночью мы сядем на корабль, и нас переправят в Стейси.

Кажется, огромная кипа работы плохо на мне сказалась, потому что я практически без колебаний ввязалась в эту авантюру. Вот уж никогда не думала, что Габриэль будет моим...другом.

Эсмеральда, как и следовало ожидать, сказала, что я сошла с ума и наверняка ввяжу себя в неприятности, но протестовать не стала. Вместо этого она крепко обняла меня, наказала быть осторожной и не выходить на улицу без капюшона. И вообще желательно, чтобы никто меня не видел. В свою очередь она пообещала предупредить меня в случае, если родители решат вернуться раньше намеченного срока.

Вечером мы с Габриэлем в черных плащах, окруженные Надсмотрщиками, отправились в порт, находящийся в северной стороне Лакнеса, где сели на корабль, идущий в Стейси. Мы плыли два дня и две ночи, несколько раз совершая пересадки, и вскоре, усталые и измученные, добрались. Сойдя на берег, мы еще несколько часов скакали по равнинам, пока не увидели впереди подобие города.

Габриэль ни на секунду не преувеличивал. Стейси - это бесконечные луга и равнины, стройные ряды лесов, виднеющиеся вдали, и небесно-голубое небо. Я гнала своего коня так быстро, что Надсмотрщики за спиной озабоченно кричали, чтобы я остановилась, но Габриэль махал им рукой, что все в порядке. Ветер обдувал мне лицо, слезы лились из глаз, но я так и не смогла определить - от ветра или от счастья.

Габриэль отвел мне отдельную комнату в замке, который оказался чуть меньше дворца Спасителей. Он был почти точной копией моего дворца в Лакнесе, но все же казался более свободным. Как будто даже камни здесь были другие. Я не видела двух младших братьев принца - Джуллиана и Келсея - но по слухам они не поехали в Кравер.

– Твоя служанка неболтлива, так что не переживай.

Габриэль стоял у входа в мою комнату и осматривался. У него был усталый вид - наверняка после ранения такой путь дался ему нелегко, но в первую очередь он все равно позаботился обо мне.

Если бы Габриэль задал мне тот же вопрос сегодня, то я нашла бы не меньше сотни причин, по которым мне следует его полюбить.

– Если тебе что-нибудь понадобится, дай ей знать, - он провел пальцем по подсвечнику.
– Знаю, тут темновато и вид не очень, но было опасно выдавать тебе лучшую комнату...

– Габриэль, - перебила я его, - все прекрасно. Лучше, чем могло бы быть.

Он бросил на меня удивленный взгляд:

– Что ж, я пойду. Завтра ты можешь взять коня или пойти прогуляться в город. Если ты настаиваешь, с тобой не будет Надсмотрщиков, но пожалуйста, будь осторожна. После того, что случилось с Эсмеральдой, мне не хотелось бы подвергать тебя опасности. Хоть Стейси и хорошо охраняется, никогда не знаешь, что ждет тебя за поворотом. Вечером мы соберемся вместе на ужин, а послезавтра я лично повожу тебя повсюду.

Габриэль знал, что самый ценный подарок, который он может подарить мне - это день наедине с самой собой.

В порыве благодарности и чувства уважения, которому я не могу найти точного определения, я обхватила его за шею и прижалась к его губам. Когда я открыла глаза, принц ошарашенно дотрагивался пальцами до моей щеки. Я едва удержалась от смеха.

– Спасибо, - пробормотала я, улыбаясь.

Габриэль, с трудом придя в себя, притянул меня ближе за талию и выдохнул:

– Если именно так ты будешь меня благодарить за всякие приятные мелочи, то я вынужден буду делать их постоянно.

– Ты же знаешь, что это не мелочи.

Когда я стану королевой, у меня больше не будет такой возможности. Последний шанс быть свободной - это эти несколько дней. Я не могла ими поступиться. Габриэль подарил мне все.

Он снова прижался губами к моим губам, и чем глубже становился наш поцелуй, тем лучше я понимала, что такое любовь.

Моя прогулка по Стейси заняла ровно три часа, потому что вместе со звоном часов башни на главной площади, я заметила что-то неладное. Я давно не охотилась, но мои навыки никуда не делись: я до сих пор чувствую каждый измененный шаг, каждый вздох, определяющий, что дичь что-то заметила. Просто я никогда не думала, что дичью стану я.

Охотник в каком-то смысле - тоже лишь животное. Куда более стратегическое, осторожное и до абсурда терпеливое. Каждый охотник прекрасно понимает, что у нападения есть свой час, а если ты не можешь его дождаться, то обязательно совершишь ошибку. Поспешность равняется опасности.

Я выучила психологию охотников до самой корочки просто потому, что сама такая. Я осторожно передвигалась по улицам Стейси, накинув капюшон, любуясь просторностью улиц, каких никогда не встретишь в Лакнесе, огромными лавочками и кипой людей. Все они были на одно лицо - кроме двух. Двое выглядели совсем не так, как остальные - они были спокойнее, их взгляд был сдержанным и слишком пристальным, чтобы не вызывать подозрений. На них были такие же черные плащи, как и на мне, что не позволяло хорошо разглядеть их наружность. Они стояли у лавки с овощами и о чем-то спрашивали торговку, но их тела были повернуты ко мне. Все мои внутренние рецепторы кричали.