– Ты убил их?
– срывающимся голосом шепчу я.

Габриэль и бровью не поводит, отбрасывая стул в сторону.

– Габриэль, если кто-то узнает...а все точно узнают, что ты опять убил кого-то без суда...я даже не знаю, что будет дальше. Господи, это все из-за меня.

Он резко повернулся и вплотную приблизил мое лицо к своему.

– В этом нет твоей вины, - настойчиво проговорил он.
– Слышишь? Ни на йоту.

Габриэль подхватывает меня на руки, и я даже не пытаюсь сопротивляться. Голова гудит все сильнее, но я заставляю себя оставаться в сознании. Уткнувшись в его плечо, я наблюдаю за тем, как он спешно уносит меня все дальше от места моего заточения. Тела у входа исчезли - видимо, обо всем позаботились Надсмотрщики. Один из них пытается забрать меня у принца, но Габриэль еще крепче прижимает меня к себе.

Я хочу задать ему тысячу вопросов, но мои глаза закрываются раньше, чем он успевает посадить меня в обычную, ничем не выделяющуюся повозку. Перед тем, как забыться, мне мерещится, будто я заметила какую-то знакомую фигуру в противоположной стороне улицы, но уже через секунду это кажется лишь сном.

– Кто они такие? Объясни мне все!

Спустя день я сидела в своей выделенной комнате, где обо мне заботились две самые преданные служанки Габриэля. Об инциденте было известно только нескольким Надсмотрщикам и двум девушкам, но это было лишь делом времени.

Я чувствовала себя уже гораздо лучше - головная боль не прошла, но уменьшилась, к тому же, меня каждый день щедро обмазывали различными лекарственными кремами для скорейшего заживления ран.

Единственное, что осталось неразрешенным - мой разговор с Габриэлем.

Принц сидит напротив моей кровати на небольшом стуле, потирая рукой подбородок, заросший щетиной. С момента вчерашнего дня он как будто повзрослел лет на пять - выражение его глаз стало более острым, движения - резкими. И что-то мне подсказывало, что дело здесь не только в моем похищении.

– Экстремисты, - пробормотал он, - судя по всему, последователи тех, кто напал на Эсмеральду.

– Неправда, - покачала головой я, - они сказали, что им заплатили. А когда я сказала про Слепую войну, они лишь рассмеялись.

– Селеста, они могут и не знать, кто их нанял. Но кто еще, по-твоему, станет нападать на принцессу из других земель?

Я молча вперила в него взгляд, а он, не выдержав, спрятал лицо в ладонях. Читать Габриэля с каждым днем становилось все проще и проще.

– Ты либо вдруг превратился в труса, либо не хочешь мне говорить.

– Возможно, тебе сложно смириться с правдой, - вздохнул он.

– Что-то же происходит, правда? Что-то большее, чем простая месть. Что это, Габриэль? Восстания? Протесты? Господи, просто скажи мне. Образование тайных организаций?

Габриэль откинулся на спинку стула и потер переносицу.

– Тайные организации существовали всегда. Я понятия не имею, кто напал на тебя, Селеста - и это пугает меня больше всего.

Я вздохнула, прислонившись к спинке кровати.

– Но как ты нашел меня?

– Уличная торговка видела, как тебя схватили, и сообщила одному из Надсмотрщиков. Весть дошла до меня, и я послал своих лучших людей с охотничьими собаками на твои поиски.

Что-то во всей этой истории все равно меня волновало, но я не могла сейчас найти слов, чтобы объяснить свою тревогу, поэтому просто вздохнула.

– В Стейси сейчас столько проблем...- пробормотала я.
– Это становится опасным.

– Я не должен был приглашать тебя приехать, - твердым голосом проговорил он.
– Это все моя вина. После того, что случилось с Эсмеральдой, звать тебя сейчас и позволять гулять одной, было верхом безрассудства.

– Габриэль, я сама...

– Тебе нужно уехать.

Мне показалось, что я ослышалась. Я смотрела на него с опешившим видом, а он сидел, уперев локти в колени, и избегал моего взгляда.

– Как только ты поправишься, я позабочусь о том, чтобы тебя быстро и безопасно переправили в Лакнес.

Он снова сжал пальцами переносицу.

Видеть это уже становилось невыносимым.

– Посмотри на меня.

Он не сдвинулся с места.

– Пожалуйста, посмотри на меня.

Наконец, Габриэль поднимает голову и смотрит прямо мне в глаза. Его изнеможенный вид приводит меня в ужас.

– В этом нет твоей вины, слышишь?

– Не надо пытаться заставить меня почувствовать себя лучше, - рычит он.

– По-моему, тебе стоит перестать брать на себя ответственность за мои поступки. Все случилось, как случилось - и в этом не было ничьей вины. Если бы мы могли этого избежать, если бы знали, как поступить правильно, то возможно, все было бы по-другому, но не было. Сейчас нам просто нужно решить, что делать дальше.

Габриэль проводит рукой по волосам, встает и устремляет взгляд в небольшое окно, выходящее на дворцовый сад.