— Элли! Что произошло?! Быстрее, проходите! — Он распахнула перед нами дверь, и я внес Эленор в комнату.

— Ложите ее на диван! Ох, нет, лучше сразу в ее кровать, здесь не будет удобно. Быстрее давай, шевелись, на второй этаж, первая дверь! — Запричитала девушка, унесшись в другую сторону.

Когда мы с Реми добрались до комнаты, она нагла нас, неся огромную аптечку.

Следом в комнату залетел Кацу, еще в куртке и ботинках, очевидно, только вернувшийся:

— Твою мать. Кейко, теплая вода и полотенца, давай. Вы двое, убирайтесь вон. — Распорядился он, на ходу стаскивая с себя куртку.

— Я хочу знать, что с ней все в порядке. — Сказал я.

— А почему я должен тебе врать? Или похоже будто с ней все в порядке? — Спросил японец, кивнув на неподвижно лежащую девушку.

На это мне было нечего возразить.

— Мы подождем здесь. — Сказал я ему.

— Брендан, я понимаю твое беспокойство, но ты только мешаешь, так что выйди. — Японец стал осторожно раздевать девушку.

— Может, я могу чем-то помочь? — Не сдавался я.

— Можешь. Выйди отсюда. — Гнул свою линию парень.

— Брендан, пожалуйста. — Произнесла Кейко. Я и не заметил, как она появилась в комнате.

Я сдался и вышел из комнаты, следом за мной ее покинул и Реми. Мы спустились вниз и мой друг упал на диван.

— Дерьмовый день. — Вынес вердикт он.

Я стал ходить по комнате, маяча перед его глазами.

— Слушай… — Не выдержал парень. — С ней все хорошо, окей? Настолько, насколько это может быть в данной ситуации… Так что прекрати мельтешить и изводить себя, этим ты никому не помогаешь.

Я проигнорировал его слова. Через какое-то время в гостиной появилась Кейко.

— Все хорошо, у нее ничего не сломано, только сильно избита. Синяки и ссадины, пару рассечений, но Кацу сказал, что шрамов не останется. У нее жар, но внутреннего кровотечения нет.

— Крепкая девочка. — Улыбнулся Рем.

— Да… Элли такая. Пойдемте на кухню, заварю чай. Кацу тоже стоит попить. Вы хотите чего-нибудь? — Поинтересовалась девушка.

Мы отказались от еды, но брюнетка все равно поставила на стол помимо чашек с чаем бутерброды. Скорее всего, она делала их, чтобы просто занять руки.

Я взял предложенную мне фарфоровую чашку с многочисленными узорами и бездумно их рассматривал, в то время как Рем и Кейко переговаривались на отвлеченные темы. Когда я наконец глотнул горячий напиток, я почувствовал непривычный вкус трав:

— Что здесь? — Прервал я друзей на середине очередного диалога. Кейко вздрогнула от звука моего голоса, но даже не посмотрела в мою сторону.

— Успокоительный сбор. Зверобой, мелисса, ромашка, чабрец, пустырник. — Как заученный текст выдала состав девушка.

— Вкусно. — Произнес я, делая еще один глоток.

Она не ответила. Спустя две чашки чая и тарелку бутербродов, которые умял Рем, на кухню спустился Кацу. Кейко сразу метнулась к чайнику, чтобы заварить брату этот целебный напиток. Я встал из-за стола:

— Как она?

— Спит. И нам пора. — Кацу посмотрел на часы, расположенные на стене над входом в кухню. — Хотите остаться здесь?

Реми покачал головой в отрицании и встал со своего стула:

— Нет, у меня еще дела. У тебя тоже, Брендан.

Элеонор

Я внимательно дослушала историю до конца, ловя каждую деталь. Как оказалось, видение в виде Брендана — это не галлюцинация. Значит головой меня припечатали не сильно. Да и мое облегчение, вызванное тем, что парни успели до того, как насильники сняли штаны, было таким сильным, что раны на теле показались совершенно пустяковыми.

— Что ж… Все хорошо, что хорошо кончается. — Вынесла я вердикт истории.

Кацу посмотрел на меня почти раздраженно:

— Я думал вызывать врачей из клиники. У тебя был жар и мне кажется, к вечеру он вернется. Ты вся в ушибах, и я молюсь, чтобы не было никаких осложнений, особенно по женской линии, много ударов пришлось на живот. А ты говоришь, что все хорошо?

— Полегче на оборотах, Кацу. Я благодарна, что ты меня выходил и безумно счастлива, что мой лучший друг — врач. Но это уже случилось. Прости, что я радуюсь, что меня не изнасиловали.

— Черт, Элс, я не это имел…

Дверь распахнулась и в комнату влетела Кейко:

— Элли! — Она кинулась к кровати с целью обнять меня, но затем передумала, опасаясь сделать больно и лишь схватила руку, двигая от меня Кацу. — Я услышала голоса, как я рада, что ты очнулась! Рем и Брендан постоянно заходят, они места себе не находят. Похожи на черного пса и щеночка, которые вечно суют свои морды к нам. Я уже не знаю как объясняться со слугами. Не то чтобы я должна была им что-то докладывать, но… Боже, милая, как мы все перепугались.