– Любка, ты дура, - ответила Маргаритка.
– Меня тетя Ира любит. Не будет она разводить нас с Колькой. Мы с ним вечно вместе будем.

– Ой ли! Да она старшего сына, подожди, еще разведет с молодой женой, - Любка посмотрела на Олеську, которой стало чертовски неприятно. - И на ребенка их не посмотрит. А я ведь беременна даже была от Николая. Пришлось аборт сделать.

– Срок-то какой был, когда аборт делала?
– раздался сердитый голос Ирины Васильевны, которая, оказывается, подошла и прислушивалась к словам Любки.
– Что ты тут сидишь, сочиняешь?

Любка сникла, поспешно поднялась.

– Ну, я пошла, - проговорила она.

Олеська схватила ее за руку:

– Люба, вы сейчас неумно поступили. Нельзя так делать. Не надо ссорить людей. Никто не будет разводить ни меня с Олегом, тем более ни Маргаритку с Николаем. И прежде чем делать гадости людям, надо думать. К вам все потом вернется. Кстати, Костик - сын Маргаритки и Николая.

– А так похож на вашего мужа, - растерянно протянула соседка и пошла к себе.

Увы, схожесть дяди и племянника подвела Любку.

– Можешь теперь сплетничать по деревне на тему, - дала ей в спину совет Маргаритка, - от кого родила я. Только нас здесь не будет.

– А мама все равно с нами поедет, - сказала Олеська.

– Обязательно поедет, она нам нужна, - Маргаритка встала, обняла Ирину Васильевну и поцеловала в щеку.

– С чего такие нежности?
– удивилась мать Николая.

– Это вам за то, что отвадили от моего Кольки Вальку и эту противную Любку, - Маргаритка направилась во двор.
– Пойду, вставлю Кольке за любовь с Любкой. Я ревнивая.

– Да не делала она никаких абортов, - поспешила проговорить Ирина Васильевна.
– Придумывает.

– Я знаю, - улыбнулась Маргаритка.
– Но мне хочется немного поревновать Кольку, она вздохнула. - А если честно, я жутко ревную своего любименького.

– Ты все такая же, - отозвалась мать Николая.

Маргаритка столкнулась с Олегом и Николаем, которые тоже вышли из дома, на крыльце.

– Ты, Олежек, топай дальше, а ты, Колюсечка мой, стой здесь, - донесся голос Маргаритки до Олеськи и Ирины Васильевны.

Олег послушно ушел. Присел рядом с матерью и женой.

– Чего это Маргаритка развоевалась?
– поинтересовался он.

– Она Кольку ревновать пошла, - пояснила жена.

– Может, пойти, помочь Коле? - стала вставать Ирина Васильевна.

– Не надо, - тихо засмеялась Олеська.
– Сейчас Маргаритка задаст любимый вопрос Николаю: любит ли он ее, а потом сама в очередной раз объяснится в любви. Вот и вся ревность. Слушайте.

Все притихли и отчетливо услышали слова Маргаритки:

– Так, Колюсечка мой, я тебя все эти годы любила, а ты тут с соседками развлекался, детей им делал!

Николай засмеялся:

– Может, и развлекался, но детей не делал.

– Совсем-совсем не делал?

– Я был осторожен, - признался мужчина.

– Значит, осторожен?
– недоверчиво протянула Маргаритка.
– А что же ты прошлым летом со мной не осторожничал?

– С тобой, - протянул Николай.
– С тобой не получается осторожничать. Сразу голову теряю.

– Колька, я тебя люблю.

И раздался звук поцелуя. Дальше было ничего не слышно. Только хлопнула какая-то дверь.

– К Костику пошли, - сказала Ирина Васильевна.

– К Костику, - повторила Олеська.

– А, по-моему, в баню, - высказал предположение Олег.
– Колька собирался сполоснуться.

И был прав. Николай быстро шептал Маргаритке:

– Я уже двое суток скучаю без тебя. Что же дом такой маленький! И уединиться негде!

– Пойдем в баню, - прошептала Маргаритка.
– Я тоже без тебя скучаю.

Остальные тактично сидели на скамейке, лишь Олеська заметила:

– Сейчас, если раздадутся звуки хлопков березового веника, значит, это Маргаритка пропаривает мозги любименькому.

Дальше она заговорила о другом:

– Зря вы, Ирина Васильевна, всю мелочь из дома стараетесь забрать. Жить будете с нами. У нас все есть: и посуда, и белье. Возьмите только одежду. Остальное не надо. Правда, Олежек?

– А ты права, - неожиданно согласилась Ирина Васильевна.
– Пусть все останется в доме, как было.