Матерчатый сверток глухо стукнулся об доски. Сашка развернул его, демонстрируя содержимое - приличную горку серебра, все, что у него оставалось.

– - Будьте счастливы, -- сказал он на прощание.

Степан нагнал его во дворе.

– - Ты, не серчай на меня, паря, -- сказал он Сашке. -- Люба она мне.

– - Живите, -- с трудом проглотив ком в горле, ответил Сашка.

– - Что я могу для тебя сделать? -- спросил Степан.

Сашка махнул рукой, уходя, но обернулся, вспомнив.

– - Пленник есть у меня. Его бы подержать где, чтоб не убег, и никто о нем не знал бы... Потом вернусь за ним.

– - Сделаю, -- пообещал Степан.

– - Тогда, прощай, -- сказал Сашка.

В урочный час все парни собрались на княжьем дворе, где слуги княжеские грузили добром многие сани. Один за другим, из терема выносили тяжелые сундуки, коробья, тюки дорогих тканей. Парни глазели на такое богатство открыв рты.

Боярин Варфоломей Кормиличич пришел не скоро. Заставил парней потоптаться на снегу. Он высоко оценил справу молодых воинов, удовлетворенно крякнув. Внимательно осмотрел каждый самострел. И только потом сказал:

– - Сопроводите обоз князя до места, а там видно будет, брать вас в дружину, али не брать.

Сашка молча кивнул. Это его вполне устраивало. Связывать свою жизнь с черниговским князем он не собирался.

– - Теперь идите за Устином, и делайте, что он велит, -- сказал боярин.

И ушел. Парни пошли за княжеским слугой, молчаливо шагавшим впереди. Он привел их на подворье епископа. Указал на сани, стоявшие у стенки амбара, пояснив:

– - Самострелы взведете, и укладывайтесь тут. Оружие под руку положите. Как скинут полог, бейте всех, кто рядом окажется.

– - Ты толком скажи, что князь удумал, -- попросил Сашка.

– - Говорить не велено, -- сухо ответил Устин.

– - Не велено, так не велено, -- проворчал Сашка, укладываясь на сани.

Княжий обоз выехал за ворота, но вскоре, возницы завернули к воротам епископского подворья, откуда выехали им навстречу несколько саней. Они разминулись на узкой улочке. Всадники, сопровождавшие обоз, пристроились спереди и позади поезда.

Сам епископ вышел проводить князя, перекрестив на дорожку. Потом ворота затворились и слуги быстро стали разгружать обоз, перетаскивая тяжести в глубокие подвалы.

В ночной тиши зимнего леса, на поляне у небольшого костерка поочередно грелись бронные люди. К ночи ударил мороз и некоторые из воев тайком от старшего прикладывались к припрятанным на теле баклажкам.

– - Сколько нам тут сидеть, -- тихо ворчали они, протягивая озябшие ладони к огню.

– - Столько, сколько нужно, -- ответил закутавшийся в меховой плащ боярин Захарий.

Он после бегства из Чернигова перешел на службу к северскому князю, надеясь еще вернуться в родной город, где осталась его семья.

– - Чу, -- внимательно вслушиваясь в ночные звуки зимнего леса, сказал один из сторожей. -- Кажись едут.

– - Я не слышу, -- ответил его товарищ от усердия вытянувший шею и скинувший шапку.

– - Беги к боярину, -- велел сторож. -- Поднимайте людей.

Долгожданная весть всполошила лагерь. Воины вскочили, разминаясь. Высокий плечистый воин скинул волчий плащ, в свете полной луны блеснули посеребренные чешуйки пансыря. Он принял из рук слуги шелом, водрузив на войлочную шапку, изнутри отделанную красным шелком.

– - Первым делом убейте князя, а потом... -- тихо сказал он, делая паузу садясь на коня. -- потом порешите этих...

Гридень понимающе кивнул.

Головные всадники ехали не спеша, опасности они не ждали. Северский князь сдержал слово - пропустил черниговского князя и его людей. Мстислав Глебович сам был на заставе, обняв брата на прощание. Михаил Всеволодович душевно попрощался с братом, даже прослезился от волнения.

Треск падающего дерева испугал лошадей. Всадники остановились, пытаясь усмирить беснующихся животных, испуганных леденящим душу волчьим воем, раздававшимся со всех сторон.

Из леса повалили темные тени, размахивающие мечами и топорами. Княжеские слуги спешились, образовав круг вокруг князя. Бояре и часть гриди усмирив коней остались верхами, разя врагов пиками поверх голов слуг.

Возница только и успел скинуть грубую ткань, покрывавшую сани, как был зарублен огромным бородатым мужиком, раскроившим голову возницы на две половинки. Сашка успел разрядить арбалет, прежде чем секира не опустилась ему на ноги. Короткий стальной болт, ломая кости, вонзился в лицо мужика, насквозь прошив голову и железный шишак. Прямо перед ним мелькнула тень, тускло блеснула сталь наконечника сулицы, направленной ему в живот. Сашка испугался, рука сама нащупала рукоять пистоля, засунутого за пояс. На мгновение вспышка озарила лицо нападавшего, искаженное молчаливым криком. Лошади испугавшись грома выстрела отпрянули в стороны. Сани перевернулись. Сашка едва успел соскочить, вырвав сулицу из рук нападавшего. Рядом рубился Сбыслав. На него нападали сразу двое. Парень отбил один удар, второй, сам рубанул сплеча и открылся. Короткое копье глубоко вонзилось в ногу. Парень болезненно вскрикнул. Но успел подставить меч под удар второго противника. А первый тем временем вновь кольнул копьем в бочину. Сашка метнул сулицу в подставившуюся спину. Меченошец упал на колени. А Сбыслав повернулся к копейщику, но не успел ничего предпринять. Сильным ударом в грудь копейщик добил парня. Сашка подхватил лежащий на снегу меч и налетел на убийцу, рубанув по древку, рассекая меховую рукавицу. В ответ раздался вопль. Выбросив вперед руку, он вогнал меч в бородатое лицо. Из леса выскочили еще двое, утопая по колено в снегу, они спешили к нему. Один метнул сулицу. Сашка увернулся. Вдруг, кто-то дернул его за рукав. Сашка быстро обернулся. Василь трясущимися руками протягивал ему заряженный самострел. Сашка схватил арбалет в упор застрелив добравшегося до него мужика, а второго огрел самострелом по голове, когда тот замахивался топором. Этот отчаянный удар не мог спасти Сашку, но нападавший потерял равновесие, топор опустился в пустоту, увлекая противника за собой. Сашка прыгнул на него, уронив на снег. Руками крепко вцепился за голову, резко дернув назад. Отчетливо раздался хруст позвонков, тело сразу обмякло.