Нащупав рукоять топора убитого, Сашка поднялся на ноги. Повсюду раздавалось сопение, звон железа, и отчаянные крики боли, когда железо врубалось в живую плоть.

Лавр, как скинули полог, сразу выстрелил в неясную тень, и схватился за топор. Взмахнул пару раз, разгоняя застоявшуюся кровь, и принял бой с налетевшим на него воем. Тот сдуру кольнул коротким копьецом в живот, да просчитался. Лавр перехватил копье у самого железка, отвел в сторону и мощно дернул на себя, опуская топор на голову воя. Вдруг, откуда ни возьмись, на бывшего кузнеца налетели сразу двое, как и он с топорами. Лавр встретил их, и сумел кольнуть копьем одного в лицо, а второй связал кузнеца боем, не давая добить подранка. Лавр рубился с ним долго, без всякого результата. Противник достался ему под стать - хороший боец. Они кружили у саней, утоптав снег под ногами. Подранок тем временем оклемался, обтер снегом кровь и схватился за оружие, напав сзади. Лавр почувствовал опасность, но ничего не мог поделать, противник обрушил на него град ударов. Кузнец мог только обороняться, отступая. Но удара в спину так и не последовало. Его противник вдруг выронил в замахе топор и рухнул на снег. Лавр подошел поближе. Из глазницы убитого торчало оперение короткого железного болта.

Местятка с Костяжкой ехали на последних санях. Продрогли до костей и когда на обоз напали ночные разбойники обрадовались возможности размять косточки. Первый и единственный залп из самострелов вывел из строя только одного нападавшего. Ратмир промахнулся, а Костяжко забыл про самострел, сразу взявшись за меч. У Осипа самострел стрелял обыкновенными стрелами и бронь спасла его противника. Парень отбросил бесполезный теперь самострел, вооружившись саблей. Местятка единственный кто смог поразить насмерть врага. Болт попал в лицо, располосовав бородатую щеку. Нападающий перестал завывать, повалившись лицом в снег. Бегущий за ним тать споткнулся об ногу упавшего и тоже свалился, но тут же попытался подняться. Местятка подлетел, махнул мечом, опуская его на заголившуюся шею. Радостно крикнул, подпрыгивая рядом с обезглавленным телом. А потом схлестнулся с еще одним татем и опять парню повезло. Тот тоже споткнулся об оброненный самострел и пропустил удар местяткиной сабли располосовавшей лицо.

– - Йохо! -- громко вопил Местятка в боевом экстазе, бросаясь на противника Осипа. Вдвоем они одолели его и когда повернулись к Ратмиру, то бросились на помощь. Парень проигрывал схватку. Левая рука висела плетнем вдоль тела, а правая едва отводила удары мечей. Раздвинув мечников против Ратмира выступил здоровяк с боевым топором. Парни едва успели. Осип ударил по ноге одного меченосца, рассекая ногу до кости, а Местятка налетев всей массой сбил с ног другого. Он едва успел кольнуть в затылок топорщика. Ратмир уже попрощался с жизнью, когда увидел занесенный над собой топор. И вдруг топор упал у его ног, а топорщик рухнул на парня, придавив своим телом.

Княжьи слуги под ударами неизвестных воев падали один за другим. Вот уже и сам князь рубился, опуская меч на головы врагов, пытавшихся стянуть князя с лошади. Обученный конь защищал князя не подпуская врагов. Но вот кто-то умудрился вогнать копье в бочину и лошадь пала. Князь Михаил едва успел спрыгнуть и сразу попал под удары мечей. Чешуйчатая бронь выдержала все удары, но левая рука безвольно упала плетью. Князь стоя на одном колене, кольнул мечом в ногу одного противника, понимая, что второй сейчас рубанет по голове. Удара, однако, не последовало. Боярин Максим Лукинич пришел на помощь, отвел своим клинком вражий удар.

– - Уходить, князь, надо! -- крикнул он, оттесняя ворогов от князя.

– - Куда? -- быстро спросил князь, поднимаясь на ноги.

– - В лес, -- пыхтя как паровоз, ответил Варфоломей Кормиличич, вставший рядом с князем.

Грудь боярина тяжело вздымалась, дыхание напоминало кузнечные мехи. Боярин припадал на раненную ногу, но продолжал биться.

– - Беги, князь, -- прохрипел он. -- Мы прикроем.

– - Никуда я не побегу, -- заупрямился князь. -- Отобьемся.

– - Нет, -- крикнул боярин Максим, срубив своего противника. -- Много их. Одного срубишь - двое на его место встают.

Вдруг враги стали падать, сраженные стрелами и болтами. Справа раздался яростный вопль и сбоку на врагов налетела ватага, размахивающая мечами и саблями. Князь обернулся. Увидел, что со спины тоже идет помощь, воодушевленно крикнул:

– -Бей паскудников! -- и очертя голову бросился в бой.

Его порыв подбодрил гридней, они перешли в наступление, тесня противников. И вот те разом, как по команде бросились бежать. Гридни последовали за ними, разя беглецов.

Дрочила Прокопьевич слушал звон железа, пытаясь определить ход схватки. По его мнению, бой слишком затягивался. И когда из леса на поляну вынырнул раненный гридь, прижимавший рукой рану в боку, боярин быстро спешился.

– - Ну?

– - Порубили всех, -- тяжело дыша ответил раненный.

– - А князь? -- тревожно спросил боярин.

– - Не достали мы его, -- последовал ответ.

– - А Захарий?

– - Говорю же - всех порубили.

– - Как же так? -- воскликнул воевода.

Тут он увидел бегущие в лесу фигуры, они падали под мечами преследователей. Драчило обнажил саблю, отведя руку назад.

– - Боярин, ты чего? -- гридень почувствовал недоброе.

Вжик! И сабля отделила голову от тела.

– - Дурни! -- в сердцах выкрикнул боярин. -- Ничего поручить нельзя!

Он вскочил на коня и ускакал по протоптанной тропе, когда гридни Михаила Черниговского уже выбирались на поляну.

Парни радовались жизни, обирая мертвецов. Им досталась богатая добыча. Среди нападавших простых мужиков было мало, но даже они имели кольчатые брони. Пускай с заплатами и сробленными во времена царя Гороха, в пятнах ржавчины, но все же брони. Один Сашка сидел, понурив голову. Невеселые мысли навивали тоску. Князь твердо знал, что нападение случится, иначе не заставил бы их мерзнуть в санях под дерюгой в полном воинском облачении и с самострелами в руках. Те точно знали, что в возках везут княжеское серебро и иное добро. Он сам видел, как все это грузили в сани. Поезд незаметно подменили и вместо казны с малочисленной охраной, нападающие нарвались на вооруженный отпор. Получается князь специально подставил Сашку и его парней.