Дело было не только в дружбе, я думаю, немаловажным фактором было наличие у меня машины, а так же то, что его новый деловой партнёр знал меня и, соответственно, доверял. Оказывается, за время наших вояжей по городам и весям республики, Дима установил довольно плотные отношения со Станиславом Стыцко, а Станислав, как вы помните, сидел на потоке распределения очень дефицитных товаров. Быть у колодца, да не напиться? Ха, это же не про русских! Думаю, Стас сам был шалокрут ещё тот, они просто нашли с Димой друг друга.

Конечно, нужно было проявлять осторожность и дьявольскую изобретательность, но здесь нам помог старый добрый советский принцип - был дефицит, и за возможность приобрести этот самый дефицит люди готовы были платить, и платить немало. Например за шмотки. Детские вещи здесь практически никому не нужны, и стоят они немного, но там довольно хорошие материалы, так что умельцы создают из них настоящие шедевры. Огромным спросом пользуются женские чулки, и вообще всё женское - бельё, платья и так далее.

А ещё невероятно ценятся швейные машинки. Фирма Зингера делала очень качественный продукт, и здесь их заслуженно любят и ценят, причём как швеи-надомницы, так и предприниматели, желающие организовать или расширить бизнес по пошиву всего, от трусов до пальто. Вот в этот ручеёк дефицита мы и сунули свои нечистые рылы, делая за Стаса всю черновую работу, а именно - встречи с клиентами, приём наличности, переброска товара и всё в таком духе. Схема была довольно продуманной и, хотя наш партнёр и забирал половину навара, жаловаться было грех. Швейная машинка с ножным приводом стоила, в среднем, полторы тысячи целковых, или сто пятьдесят червонцев. "Откат" составлял двадцать процентов и только на них мы с Димой заработали больше четырёх тысяч каждый за неполных две недели!

И это не считая другого дефицита, а ведь даже мебель можно было неплохо пристроить. Господин Батурин, отвечающий за финансы в структуре Сан Саныча, был или не в курсе истинного положения вещей, или ему было похрену, но цены были кем-то, возможно им самим и утверждены, а вот почём товар уходил реально он, судя по всему, не интересовался. Тут было важно не перегнуть палку и помнить, что именно сгубило одного фраера. На товаре наживались все, в том числе конечные реализаторы, и их тоже нельзя было лишать дохода, так что от потоков лишь отводились ручейки, и Стас, будучи умным и ушлым человеком, не лез в кухню на местах, получая за это, я уверен, свой откатец.

Вот и вышло, что к моменту выписки моей ненаглядной я решил аж почти все проблемные вопросы, и квартиру нашёл, и финансовое положение укрепил и узнал, как можно без проблем перевести Марию в Вышинский, минуя обязательный год отработки.

– Это по поводу?
– задала девушка вполне логичный вопрос, когда я появился в её палате с коробкой конфет (уже местных), бутылкой самого настоящего французского шампанского (трофейного), двумя хрустальными фужерами и небольшой бархатной коробочкой.

– Я... немного волнуюсь, - проглотил я комок в горле, ибо и впрямь волновался.

Затем сделал глубокий вдох, опустился на колено и, протягивая коробочку, спросил:

– Мария Невская, ты выйдешь за меня замуж?

– Абалдемон!
– воскликнула Маша, доставая из коробочки настоящее колечко с бриллиантом.

Тоненькое и изящное, хотя камень был довольно приличного размера. Главное, чтобы подошло! Ну и чтобы согласилась, конечно...

Коварная красотка надела его на безымянный палец (слава богу, я угадал с размером!), вытянула вперёд кисть, оценивая украшение, затем сложила руки на коленях и ответила:

– Я подумаю.

– Я, конечно, не тороплю, у тебя есть, - я посмотрел на свой хронометр, - примерно четыре часа.

– А что потом?
– изумлённо подняла она брови.
– Заберёшь кольцо назад?

– Э-э, не знаю, как у вас в слое, а у нас было так, - решил я немного приврать, - если девушка взяла кольцо, то это означает практически "да".

– Да-а?
– она опять уставилась на украшение.
– Это бриллиант?

– Меня уверяли, что да, стекло царапает, так что я почти уверен.

– Хм-м, - она деланно нахмурила брови, - ну надо же, и шампанское? Да ты прямо всерьёз, да?

– Да, - честно ответил я.

– Но ты же меня совсем не знаешь! Может, я ужасная стерва?

– Я справлюсь, - заверил я её.

– А может у меня невыносимый характер и я лишь искусно маскируюсь под паиньку?

– Кое-что про твой характер я уже понял, - сообщил я.

– И?
– бровки снова поползли вверх.

– И мне нравится то, что я понял.

– Я ещё не умею готовить, то есть умею кое-что, но не люблю, - сообщила она после небольшой паузы.