– А что с этими?
– Выразительно мотнул головой Поннит.

– Если преследователи вскроют вход в подземелье, здесь я об этом узнаю.
– Маг правильно понял жест орка.
– А вот если отойдём хотя бы шагов на триста, увы... слишком далеко. И так ощущаю следы своей магии почти на пределе.

– Сколько у нас времени на отдых?
– Переглянулись орки.

– Часа четыре-пять, думаю, есть. Но это максимум.
– Задумчиво протянул Гобс и, тяжело вздохнул.
– На больший срок задерживаться здесь нам никак нельзя, даже если наши "гости" за это время не успеют докопаться до входа.

Ни орки, ни Рид, спорить с этим решением не стали. Но если Поннит и Доля тут же засопели, в полном соответствии с мудрым солдатским заветом, то механику не спалось. Слишком уж неуютное место выбрали для привала его спутники, а поддерживать во сне духовный доспех, отсекая шёпот Запределья, он не мог. Впрочем, кажется и йор Гобс не собирался спать, а потому, Рид решил задать магу несколько вопросов.

– Древняя кровь?
– Хмыкнул маг, услышав механика.
– Йор Ридан, я не специалист в этой области. Мои коллеги на государственной службе вообще очень не жалуют знатоков этой темы. До смерти не жалуют. Во многих знаниях многие беды, молодой человек. Очень многие. Вы слышали о запретных искусствах?

– Краем уха.
– "Сознался" Лоу.

– Тема древней крови из той же серии. Разница лишь в том, что в первом случае, в застенки попадает лишь тот, кто занимается запрещённой волшбой, а во втором, могут упрятать в "серый мешок", даже за разговор на эту тему. Понимаете, о чём я?

– Да... но, йор Гобс, прошу, расскажите хоть что-то!
– Тихо проговорил Рид и, помолчав, добавил.
– Если исходить из ваших слов, мне, в случае чего, и так светит пожизненное... за все наши раскопки.

– Ха, а ведь верно. - Неожиданно рассмеялся маг.
– Всей нашей компании, если уж на то пошло, можно такие сроки впаять, что жить за счёт его императорского величества будем до скончания времён! Ладно, йор Ридан. Кое-что я вам расскажу, но учтите, никакого толку от этих сведений вам не будет. И магический потенциал не вырастет... а вы ведь на это рассчитываете, не так ли?

Рид кивнул.

– Понимаю. Ваш дар невелик, а тут такие новости.
– Со слабой, почти сочувственной улыбкой проговорил Гобс.
– Увы, боюсь, мой рассказ вам ничем не поможет. Так что, будете слушать?

– Буду.
– Выдохнул Рид.

– Молодость.
– С неопределённой интонацией протянул маг.
– Что ж, ладно. Йор Ридан, вы замечали, что фактически все расы нашего мира имеют свою предрасположенность к стихийной волшбе? Орки чаще всего склонны к магии Ветра и Тверди, асуры - к Пламени и Ветру, эльфы тяготеют к Влаге и Пламени, а те же тролли или лепреконы, например, склонны почти исключительно к Тверди и лишь изредка ещё и к Пламени? А вот среди людей крайне редко появлялись маги-стихийники. Да-да... наши круглоухие предки почти не умели находить общий язык с элементалями. Зато, они были весьма неплохи в общей магии и очень хорошо, просто-таки, на зависть всем остальным расам мира, ладили с духами мёртвых. И что интересно, не только с духами умерших людей, но вообще, существ любой расы, вплоть до давно сгинувших в песках времён. Да-да, йор Ридан, та самая Запретная магия, подозрение во владении которой весьма отрицательно влияет на срок жизни подозреваемого, или, как минимум, на условия его проживания.

– То есть, чисто теоретически, любого человека можно хватать и сажать, как запретника?
– "Удивился" Рид.

– Ну, не так чтобы...
– Усмехнулся Гобс.
– Тут есть определённые препятствия. Во-первых, по законам любой страны нашего грешного мира, карать можно лишь за деяние, а не за возможность его претворения. А во-вторых, среди нынешних людей очень мало, просто микроскопическая доля тех, кто действительно способен к запретной волшбе. И даже такая доля древней, то есть, чисто человеческой крови как у вас, совсем не гарантия того, что вы имеете какие-то способности к этому искусству. Увы.

– Почему?

– Потому, что здесь срабатывает другая особенность человеческой расы, заметить которую совсем несложно... внимательному разумному или специалисту.
– Гобс хмыкнул, заметив непонимающее выражение лица собеседника, мелькнувшее в свете фонаря, и пояснил.
– Только чистокровные люди способны иметь общее потомство с представителями любой из рас нашего мира, невзирая на покровительствующие или практикуемые ими стихии. У орка и тролли никогда не будет детей, как невозможно потомство у цверга и эльфы. Но если асуре или сильфиде составит партию какой-нибудь чистокровный человек, проблем с детьми у них не будет. А вот полукровки от таких браков для обретения потомства уже должны присматриваться к представителям расы отца или матери или смескам, но в последнем случае, желательно совпадение покровительствующей или практикуемой стихии. Тогда как квартеронам достаточно ориентироваться лишь на стихийную направленность своей "пары", вне зависимости от её принадлежности к той или иной расе, да и то, лишь в том случае, если желают получить непременно одарённых детей. Но суть не в этом. В отличие от стихийных школ, весьма "снисходительных" к смескам, у людей всё куда жёстче. Даже у полукровок, почти со стопроцентной гарантией, теряется склонность к человеческой, то есть, запретной волшбе. Что уж говорить про квартеронов и прочих? Так что, радуйтесь, йор Ридан, не быть вам запретником.

– И за эти знания могут посадить?
– Недоумённо пробурчал Рид, и его собеседник тихо рассмеялся.

– Нет, что вы. Подобная судьба грозит лишь запретникам и тем, кто интересуется тайнами древнего Нар-Даррейна. А сведения о смесках совсем не секрет.
– Тут Гобс взглянул на часы и, хлопнув крышкой, вздохнул.
– А теперь, давайте отдохнём, йор Ридан... Мне бы хотелось успеть хоть немного восстановить силы, а без медитации, это не так просто.

Спустя пару часов беглецы свернули лагерь и двинулись в путь.