Тут еще и Тайто подлил масла в огонь, включив старую песню, что прочно ассоциировалась у Слая с беззаботным детством.

— Если с другом вышел в путь, если с другом вышел в путь — веселей дорога…

Детские голоса пели, напоминая о брате.

Какой же я кретин! — Слай почувствовал болезненный укол совести. Воспоминания не вернуться к Хаджи, пока он не попадет сюда.

В отчаянии Слай присел на высокую траву у озера. Все его существо больше всего на свете хотело остаться в этом месте, в этом доме, по которому Слай безотчетно тосковал целый год. Но здравый смысл подсказывал, что он будет до конца жизни считать себя последней сволочью, если бросит Хаджи в той реальности.

— Агрх, черт с вами! — в сердцах сказал он. — Я должен вернуться за ним, Тайто!

***

В квартире Хаджи был бардак. Он не мог вспомнить, сколько дней не выходил из дома: ни на работу, ни в магазин, ни вынести мусор. В холодильнике оставался еще приличный запас алкоголя и пельменей, сигареты и кофе тоже были в наличии — а ничего другого ему сейчас было не нужно. Целыми днями Хаджи валялся на матрасе (кровати у него не было), смотрел телевизор, курил, пил пиво и изо всех сил старался не думать. Не думать о том, что жизнь в очередной раз поманила красивой сказкой, а потом показала кукиш с маслом.

Сложно было сказать, чего Хаджи пытался добиться, бездействуя подобным саморазрушительным способом. Скорее он просто жаждал побыстрее достигнуть дна, отбросить всякую надежду, чтобы потом вновь начать подниматься. Так было с ним не раз, вот только сейчас дно оказалось слишком глубоким.

Неизвестно, как долго это продолжалось бы, если бы не звонок в дверь. Однажды вечером, то ли в субботу, то ли в четверг — Хаджи давно потерял счет времени.

На пороге обнаружился Слай. Тот самый парень, который, как оказалось, был его родным братом. Слай стоял, прислонившись к дверному косяку, и тяжело дышал. Складывалось впечатление, что он только что пробежал как минимум сорок километров, причем вверх по ступенькам. Он был в грязной, изорванной спортивной куртке, домашнем трико и кроссовках на босу ногу. На запястье же, резко контрастируя со всем остальным, поблескивали часы из дорогого металла.

— Привет, — сказал Слай и поморщился от резкого запаха алкоголя, что доносился из квартиры. — Я не вовремя?

Он был вовремя. Еще как вовремя.

— Заходи, — Хаджи отошел в сторону, давая ему пройти. — Воды хочешь?

— Да, пожалуйста, — ответил Слай и уронил себя в кресло.

Пока Хаджи наливал ему воды, Слай бегло осмотрел единственную комнату своего брата. Все горизонтальные поверхности были заставлены пивными банками, на полу валялись пакетики из-под снеков, и куча коробок из-под пиццы. В углу лежал старый матрас, с бельем, которое уже очень давно нуждалось в стирке. Тяжелые шторы были плотно задернуты, в стремлении отгородиться от всех и вся, а в довершение в этом клоповнике царил стойкий запах крепких сигарет, который заставлял бронхи сжиматься в предсмертной агонии.

Слай в ужасе покачал головой. На его памяти, Хаджи никогда не был таким засранцем. С самого детства он был для Слая эталоном аккуратности и дотошной чистоплотности. Это относилось не только к порядку в вещах, но и к порядку во внутреннем мире. Хаджи частенько ругал Слая за употребление фастфуда и другой нездоровой пищи. Будучи в юности спортсменом, он не пил кофе и алкоголь, а курящих людей и вовсе на дух не переносил. И вот теперь этот человек, а точнее его квартира, вызывали у Слая ощущение гадливости и острое чувство вины. За то, что он едва не бросил его подыхать в этом кошмаре. В мире без путешествий и биоников, для которого они с Хаджи были рождены.

Выпив два стакана воды, Слай молча стал сгребать мусор в большой биоразлагаемый пакет, который нашел в шкафу.

— Что ты делаешь? — искренне удивился Хаджи.

— Убираюсь, — не отвлекаясь от дела, ответил Слай. — У тебя здесь свинарник.

— Ну извини, — Хаджи икнул. — В следующий раз обязательно позову тебя, когда мне потребуется уборка.

Слай никак не отреагировал на его сарказм.

— Кстати, я все вспомнил, — сказал он.

— Что вспомнил? — не сразу понял Хаджи.

— Все. Я вспомнил свою жизнь.

Какое-то время Хаджи тупо смотрел на него.

— Ты побывал там? — наконец спросил он.

— Да. С помощью него, — Слай постучал по изумрудному циферблату часов.

— Это как?

Слай закончил сгребать в пакет пустые бутылки и принялся за коробки из-под пиццы.

— Это мощный бионик, который способен вести своего хозяина сквозь время и пространство.

— Мне таких биоников никто не выдавал, — нахмурился Хаджи.

— А ты бы еще дольше дома сидел, — с упреком сказал Слай, но тут же вспомнил почему Тайто оказался у него. — Его владелец погиб, и теперь это мой бионик.

Хаджи долго молчал, словно слова застряли у него в горле.

— Ты отведешь меня туда? — робко спросил он.

Ну конечно, брат. Ради этого я и пришел! — именно с такими словами Слай хотел броситься к нему на шею, но вовремя вспомнил, что для Хаджи он по-прежнему никто.

— Да. Вот только нам надо раздобыть машину, — сказал он. — Я едва не сдох, пока разгонялся до нужной скорости. Похоже, чтобы быть владельцем триединого бионика, нужно обладать хорошими физическими данными.

— Триединого? — переспросил Хаджи.