— Хозяин доволен мной?

— Ты прекрасная рабыня, Сисишеп. Ты сделала всё абсолютно правильно. Надо тебя за это наказать.

Хвост задорно поднялся вверх, хаарши соскочила с меня и устроилась на полу, поджав колени к груди и задрав хвост вертикально вверх.

— Нет, отрезать твой хвостик мы больше не будем. Ты им так восхитительно водишь по коже! А я-то всё чувствую! А вот выпороть тебя… Ты, случайно, плеть не захватила?

— Нет, хозяин, — девушка была заметно расстроена. — Я не догадалась.

— Ничего, — я поднял ремень и стащил с него кобуру. — Может быть, будет не так больно, зато очень шумно!

— Хозяин, мне не надо, чтобы было больно. Мне надо, чтобы меня наказали. Можно и больно, и страшно, и просто оставить без еды или не давать пописать. Но если ты хочешь так — бей!

Я не хотел. Но не останавливаться же, если начал?

Хватило меня минуты на три. Активные упражнения с ремнём — если бы это произошло до секса, то оказали бы достойный терапевтический эффект. А сейчас — тупое махание, не доставляющее никакого удовольствия. Я отбросил игрушку и велел Сисишеп перебираться на матрасик. Предпочтя поглаживать девушку и перебирать шерсть.

— Это тоже приятно, — тихонько сообщила та и устроилась поудобнее.

Минут через пять я покрутил носом.

— А что это за странный запах?

— Где? — отозвалась Сисишеп, даже не шевельнувшись.

— Вокруг. Ты что, не чувствуешь?

— Неа. Я спать хочу.

— Сисишеп! Ты чего? Тебя что, разморило?

Но хаарши не ответила. Я вдруг понял, что она на самом деле спит. Я её даже потормошил — никакой реакции. Дёрнул за хвост — только ногой дрыгнула. И не проснулась.

Я вдруг резко почувствовал себя в ловушке. Маленькая комната, отверстия эти в потолке… И запах. Первое, что я сделал — это натянул трусы. А второе — достал пистолет. И почувствовал себя ужасающе глупо: сижу в самом центре дворца, рядом с комнатой охраны, с пистолетом в руке и жду неведомых врагов! Ага, и щаз открывается дверь, туда вваливается спецназ, бум, трах, трупы, кровь, кишки… А потом оказывается, что это меня пришли пригласить на вечеринку!

Я посмотрел на свою руку, сжимающую оружие, и проверил, снят ли предохранитель. Потом встал, подошёл и медленно, осторожно открыл дверь.

За дверью никого не было. Ффух… Я вышел в коридор и огляделся. Чем это у них так воняет? Кстати, в коридоре запаха почти не было. Надо бы у кого-нибудь спросить, может, утечка газа? Вот у охраны и спрошу.

Я завернул за угол и обнаружил там двоих хаарши, стоящих как раз возле нужной комнаты. С замотанными мордами! Ну, ниндзя!

— Стоять! Не двигаться!

Разумеется, на этот вскрик все нормальные преступники начинают делать прямо противоположное. Чем и отличаются от законопослушных граждан. Только я эту полезную мысль подумать не успел. Потому что всё произошло так быстро! Бах, бах, бах… Я стрелял не целясь, куда успею. Однако, успел. Из комнаты охраны выглянула чья-то морда — бабах! О, как он рванул! Я выстрелил ещё раз вслед, но позорно промазал.

На грохот выстрелов открылась только одна дверь. За которой в синем церемониальном плаще оказался хаал Смаарр.

— Кха. Кха. Кха. Я вижу, что мой подарок принёс ощутимую пользу. Но помоги мне спасти этих заблудших, а то они истекут кровью и умрут раньше времени.

Если в этом мире действительно есть боги, то они решили устроить мне демонстрацию своих владений максимально полно. Включая экстренную помощь раненным тобой же хаарши в одних трусах в полутёмном коридоре.

А ванн в этом мире нету!

Утром я вышел в парк перед дворцом задолго до побудки на завтрак. Смаарр вчера всё прекрасно организовал. Хоть и не вершитель, но организатор из него великолепный. И быструю медицинскую помощь (дайте мне это развидеть!), и спасение оставшихся в живых стражников, и помывку меня. Сисишеп разбудить не удалось, но Смаарр уверял, что к утру сама проснётся. Заодно поинтересовался, какого демона меня понесло с пистолетом в коридор к охране? Узнав, что я почувствовал запах газа, хаал только покачал хвостом:

— Я знал, что ты необычен, но чтобы настолько… Традиционно считается, что люди не в состоянии даже отличить запах самца от самки, а тут… Этот газ даже хаарши не чувствуют. Нет, очень, очень он был прав!

— Кто?

Но хаал моего вопроса не заметил.

Так что мы с моей рабыней прекрасно выспались, утром я ей рассказал о ночных событиях, она сделала вот такие глаза и побежала за водой — умывать меня. А умытый я уже спустился во двор.

Стоило мне появиться, стайка детворы тут же бросила свои игры и кинулась ко мне: