Лежа в окутавшей меня темноте я испытывала лишь горечь, опустошенность, и под конец наступило безразличие.

Прости Вирт, это все ради вас.

Я не заметила, как уснула.

Внизу раскинулось безграничное море, такое величественное и спокойное. Одинокий закат догорал над землей, раскрашивая небо всеми оттенками красного, цвета крови... пролитого этим миром. Я стояла у окна башни и смотрела, как умирает день. Казалось, что вместе с ним умирает и моя душа, корчившись в невыносимой агонии. Хотелось плакать, но ни одна слезинка не выкатилась из глаз.

Прошло около двух недель как я, проснувшись, поняла, что нахожусь в крепости хикаров, наших злейших врагов, убивших моих соплеменников. Именно тогда я поняла, во что вляпалась, на что так бездумно согласилась, но дороги назад уже нет. В то день меня посетил наместник крепости авир* Хоаргат и сказал, что их бог приказал хикарам любой ценой защищать мать будущего наследника и что пока я не рожу не смогу покинуть замок.

Да, как же. Под его словами следовало понимать, что как только я рожу от меня избавятся как от ненужной вещи, а на Эраре воцарится абсолютный хаос.

Великие демиурги! Что же я сотворила?! В первый момент, когда я поняла весь ужас содеянного, то готова была просто выброситься из окна, но... благоразумие взяло вверх, что станет с моим народом, если я сдамся? Тогда у них не останется не единого шанса. Пока есть возможность, я буду бороться, чтобы мне это не стоило.

В один из бесконечных однообразных дней я сидела в кресле, пролистывая одну из старых книг, что обнаружила в библиотеке. Зануднейший талмуд об истории возникновения древних государств. Что поделаешь, ничего интереснее там просто нет. И вот когда я уже почти уснула, сквозь дремоту услышала какой-то шорох. Глаза сами собой распахнулись, и я резво вскочила с кресла.

За одним из развешанных по стенам ковров послышалось странное шевеление. Схватив первую попавшуюся под руку вещь, встала наизготовку. Мало ли кто вдруг решил заглянуть ко мне в гости. Звать слуг я не собиралась. Ковер уже просто ходил волнами, словно подгоняемый невидимым ветром. Послышались тихие сдавленные ругательства и мне под ноги буквально выкатился... Первый момент я даже не поверила собственным глазам.

– Вирт! – тихо вскрикнув, я готова уже была броситься любимому на шею, но в последний миг остановилась и помогла ему подняться.

– Латира, наконец-то, – меня сграбастали сильные руки и сжали так, что аж ребра затрещали.

– Задушишь, – придушенно пискнула я. Объятия ослабли. – Я так долго пытался отыскать тебя. Как только мы узнали, что тебя схватили в плен, то подумали, что больше никогда не увидим, но... я просто не поверил осведомителям, когда они сказали, что ты у хикаров. Что произошло? Как ты у них оказалась? Почему до сих пор жива? – вопросы следовали один за другим, не давая мне вставить и слова.

В душе боролись противоречивые чувства, с одной стороны я была ужасно рада видеть его целым и невредимым, с другой я боялась взглянуть ему в глаза, а о том что произошло, мне придется сказать, но... я выбрала третий путь.

– Ты бы предпочел, чтобы я умерла? – равным голосом поинтересовалась я.

– Конечно же нет, – немного опешившим тоном отозвался Вирт и, отодвинувшись, пристально заглянул мне в глаза. Я не стала отворачиваться.

Прошло несколько мгновений.

Не знаю, что он смог прочитать в их глубине, но он отстранился от меня и скрестил руки на груди.

– Ты изменилась, – озадаченно пробормотал он.

Ты даже не представляешь насколько.

– Что произошло, Латира?

– Очень многое, – тихо отозвалась я, и не в силах смотреть на жениха, отвернулась к окну.

– Расскажи.

Рассказать? Все? Поймешь ли ты? Простишь ли?

Нет. Я бы не простила.

– Латира, – в голосе неподдельная тревога. – Ты же знаешь, что можешь во всем мне довериться. Пожалуйста.

Ох, Вирт, не трави душу. Мне и самой тошно.

Каждый день, смотря в зеркало, каждый день ловя в отражении свой силуэт я вспоминаю, вспоминаю ту ночь и разрываюсь от двух противоречивых чувств: отвращение и желание. Я гоню их прочь, но они настойчиво возвращаются раз за разом, напоминая о моей глупости. Не хочу вспоминать, потому... потому, что боюсь того, что может скрываться в глубине. Тхор был прав моя сила, как избранницы демиургов способна на многое, в сражениях я наслаждалась чужой болью, превосходством над противником. Я чувствовала себя непобедимой, пока... пока не встретила более сильного противника, способного сломить меня и... пусть я и стараюсь это отрицать – мне это понравилось, быть слабой. Я... нет-нет, лучше гнать эту мысль прочь.

– Латира.

– Я пошла на сделку с Хаосом, чтобы спасти всех вас.

– Что? – неверие в синих глазах. Никогда еще я не видела Вирта таким ошеломленным, таким потерянным. – Ка-ак?

Молчу.

– Ответь мне! – быстрым движение он оказался рядом со мной и, схватив за плечо, развернул к себе лицом. В его глазах пылало пламя ярости. – Я не верю, что ты могла пойти на такое.

– Тем не менее, – с вывозов отвечаю я, вырываясь из захвата.

– Как ты могла?!

– Это была последняя возможность выжить всем вам.