Рука Дэна уверенно легла девушке на талию, пододвигая ее ближе. Ладони Марии тут же взметнулись вверх и уперлись юноше в грудь.

– Скажи одно слово, - тихо сказал он, по-прежнему внимательно глядя ей прямо в глаза, - и я тотчас отпущу тебя.

Маша не проронила ни звука, лишь продолжала завороженно смотреть на молодого человека. Сквозь одежду девушка чувствовала тепло прижимавшегося к ней сильного тела. Под ее ладонью часто билось его сердце.

– Я должна бежать отсюда, пока не слишком поздно, - промелькнуло у нее в голове, - это зашло слишком далеко...

Она чуть вздрогнула, когда Дэн протянул руку, едва коснулся костяшками пальцев ее щеки, нежно провел по скуле, затем медленно наклонил голову. Его теплые губы легко коснулись трепещущих губ девушки, выпивая и без того неровное дыхание. Еще мгновение и еще один поцелуй. На этот раз более продолжительный и дерзкий. Мария вдруг испытала не знакомое ей ранее чувство пламени, бегущего вверх по ее спине, растекающегося по груди и животу. Ее руки метнулись вверх, пальцы запутались в его длинных волосах. Бешенный стук собственного сердца отозвался в голове девушки ударами шаманских бубнов, и, она со нарастающей страстью ответила на поцелуй...

Снова и снова рот Дэна искал ее жаждущие губы, нежно касался ее век, шеи, ключиц. Его пальцы ловко расстегнули молнию топика на спине девушки, скользнули под тонкие бретельки, спуская топ с плеч. Ноги Маши подкашивались, и Дэн, не прерывая поцелуя, бережно поднял девушку на руки.

***

Реальность медленно возвращалась в сознание Марии по мере того, как она переходила из потустороннего мира чувственности в действительность. Расслабленная и обнаженная, она лежала на незнакомой кровати. Летний ночной ветерок из распахнутого окна чуть холодил ещё не остывшую кожу. Мышцы приятно ныли. Шевелиться не хотелось. Голова немного кружилась. Маше едва верилось, что она только что пережила столь сильный накал чувств, от которого у нее на глазах едва не выступили слезы. Наконец, сделав над собой усилие, она открыла глаза и уперлась взглядом в ... нагромождение коробок. По их картонным бокам медленно ползли странные тени.

– Ой!
– от удивления девушка резко села, натянув на себя подвернувшуюся под руку простыню и принялась озадаченно оглядываться. Практически вся комната, за вычетом широкой двуспальной кровати и угла с стойкой с гитарой, оказалась завалена разнокалиберными коробками. За окном, напрочь лишенном штор и занавесок, слабо мерцали огни ночного города. На против окна стоял старый обшарпанный стол (тоже частично заваленный коробками), на столе наличествовала оранжевая лава-лампа. Сиреневые маслянистые пузыри лениво то тонули, то всплывали в подсвеченной оранжевой воде, обеспечивая ту самую необычную игру светотени, удивившую Марию. Пол, судя по вывалившимся дощечкам, когда-то паркетный, был щедро усеян листами формата А4 разной степени помятости. Приглядевшись, Маша заметила, что многие из них испещрены нотными знаками. 

– Прости за беспорядок, - раздался смущенный голос Дэна за ее спиной, - у меня на пятницу намечен переезд.

Маша медленно обернулась. Дэн лежал на боку, облокотившись на подушку и подперев ладонью голову. Его глаза блестели в теплом полумраке. На губах играла озорная улыбка. Взгляд Марии задумчиво прошелся по его обнаженным плечам, мускулистой груди и снова вернулся к его лицу. Длинные кудрявые волосы спутались и растрепались. Девушка протянула руку и дотронулась до шелковистых прядей, прикрыв на миг глаза и припомнив, каково это, когда вот эта шелковая грива - да по твоему телу...

– Ты на львенка из мультфильма похож... Который на солнышке лежал...
– задумчиво произнесла она и вдруг неожиданно строго спросила, - Скажи, ты специально стакан разбил? 

Он не отвел взгляда и отрицательно качнул головой:

– Нет. Действительно, вышло случайно. Я телефон на холодильнике оставил. Когда брал его, задел, стоявший там же стакан. Попытался поймать и ... порезался.

– Ой, - вдруг спохватился он, - ты голодная? Может, выпить чего хочешь?

– Нет. Спасибо, - она обхватила колени руками и кивнула головой в сторону гитары, - Лучше спой мне что-нибудь ... пожалуйста. Что-нибудь свое...если тебе не трудно, конечно.

– Совсем не трудно, - обрадовался парень и потянулся за гитарой.

Это была очень красивая и грустная песня-история. Про встречу юноши и девушки, про их короткую любовь и про ее внезапную смерть. И это было во истину волшебное исполнение, цеплявшее душу. Мария так не смогла решить для себя, был ли подобный эффект следствием его во истину волшебного голоса или его теплого взгляда, устремлённого на нее, полного нежности и восторга или чего-то еще. А может быть, всего вместе...

– У тебя очень красивый голос, - восхищенно сказала девушка, когда замолк последний аккорд.

– Спасибо, - взгляд Дэна сверкнул лукавством, - спеть тебе еще?

Маша не ответила. Протянув руку, она коснулась кончиками пальцев его щеки. Глаза Дэна вспыхнули. Его ладонь медленно перехватила ладонь Маши, поднося ее к губам.

– До сегодняшнего дня я не верил в любовь с первого взгляда, - горячо прошептал он, целуя ее пальцы.

Отставленная в сторону гитара недовольно тренькнула. Маша, оказавшаяся на коленях юноши лицом к нему, со стоном выгнулась дугой, подставляя свою нежную шею под его жаркие поцелуи...