***

Конец всему положила простая смска. С напоминанием о сегодняшнем вылете и предложением пройти онлайн регистрацию.

– Что я натворила!
– ужаснулась Маша и принялась быстро одеваться, стараясь не шуметь. Уже через пять минут она аккуратно закрывала дверь квартиры. На короткий миг ее взгляд упал на кровать, где безмятежно спал Дэн, разметав во сне простыни. Непокорные пряди упали юноше на лицо. Восходящее солнце играло на его чуть трепещущих веках, на приоткрытых губах, обнаженных плечах и мышцах рук. В эту минуту он показался Маше самым прекрасным мужчиной на свете. Уверенность Маши в своих действиях на миг поколебалась, но страх, стыд и паника, уже снова гнали ее прочь. Девушка не помнила, как доехала до бабушкиной квартиры, как собрала в спешке вещи, как и на чем добралась до аэропорта, как прошла паспортный контроль, как села в самолет.

– Как теперь быть?
– в ужасе думала она, не в силах увязать в голове произошедшее с действительностью.

Наконец, не выдержав, девушка заказала стюардессе водки. Легче не стало. Наоборот, к острому чувству вины перед Майклом (за предательство) и перед Дэном (за то, что бездумно поиграла и сбежала) прибавились еще головная боль с тошнотой. Прилетев в Сан-Франциско, Маша с битый час не решалась выйти в зал прилета. Через прозрачное окно она видела Майкла, терпеливо ждавшего ее c цветами у выхода, и вдруг четко осознала, что никакой свадьбы уже не будет.

Был грандиозный скандал, отмена всех приглашений и выплата огромной неустойки за уже заказанные автомобиль, ресторан, платье и отель.

– Дура! Идиотка! Дегенератка!
– рвала и метала мать, не желавшая смириться с решением дочери (а также необходимости рассказывать это все подругам, перед которыми она уже успела похвастаться). Она так разошлась, что даже залепила дочери звонкую пощечину. Этот акт материнской агрессии на короткий миг вывел Марию из ступора, в котором она пребывала последние дни. Не сказав матери ни слова, девушка лишь молча развернулась и направилась к двери, игнорируя новые потоки оскорблений, льющиеся водопадом из уст ее матери.

– У меня нет больше дочери, - донеслось ей в след, - когда за тобой придут кредиторы, не смей звонить мне! Я не дам тебе больше ни цента!

Увы, сцена с матерью была лишь началом. Многие ее друзья и знакомые, узнав об отмене свадьбы с Майклом, быстро поспешили стереть ее номер из своих телефонов и списков друзей в соц-сетях. Единственными людьми, кто не оставил Марию в столь плачевной ситуации были подруга Сашка и, собственно, Майкл. Он сам предложил Маше не покидать квартиры, где они жили вместе, покуда она не выйдет на работу и не найдет съемное жилье. Более того, он предложил взять на себя оплату неустоек. Но Мария не смогла согласиться ни на первое, ни на второе. Ей было больно видеть, как Майкл все еще продолжается надеется на ее любовь, а совесть не позволяла ей использовать надежду бывшего женеха для решения своих финансовых трудностей.

Подруга-Сашка настойчиво старалась понять, что же случилось. Несколько раз она пыталась вызвать Марию на откровенный разговор, но, открытая и разговорчивая прежде, Маша замкнулась. Предприняв еще несколько тщетных попыток разговорить мрачнеющую с каждым днем подругу, Сашка развела руками, назвала ее дурой и улетела с бойфрендом на Гаваи.

Работодатель несказанно обрадовался предложению девушки выйти на две недели раньше, и с первой же зарплаты она смогла снять маленькую студию в пешеходной дистанции от офиса. Чтобы не оставаться наедине со своими мыслями, Мария сидела на работе вплоть до того, как охрана начинала закрывать здание, потом шла в круглосуточный тренажерный зал. Домой она приходила сильно за полночь и, часто, не раздевшись, просто падала в кровать. Увы, все это не помогало от медленно, но верно накатывающегося отчаянья. Не проходило и дня, чтобы она не корила себя и за разбитые надежды Майкла, за то, что так долго держала поддерживала его заблуждение, и за то, что так поступила с Дэном.

– Моя мать права, - с обреченностью думала он, - Я - ничтожество! Я играла с живым человеком лишь для того, чтобы выразить себе и миру свой детский протест против свадьбы, желаемой всеми кроме меня...

Увы, пытка не ограничивалась одними лишь угрызениями совести. Стоило Марии хоть на миг закрыть глаза, как она видела смеющиеся серые глаза Дэна. Во сне он все время был рядом. Он пел ей песни, обнимал, и в его руках он чувствовала себя такой счастливой... Но яркое калифорнийское утро раз за разом выдергивало девушку из мира счастливых грез, напоминая ей о том, что реальность от них бесконечно далека.

 - Это не может так больше продолжаться, - сказала наконец Мария самой себе. Взгляд ее упал на тонущий в тумане и в лучах восходящего солнца мост "Золотые Ворота".

Неожиданный и настойчивый звонок в дверь вынудил Марию отвлечься от созерцания моста.

– Маша, what a fuck?!
– заорала Сашка, толкая едва растворившуюся прямо вместе со стоявшей за ней Марией, - какого черта ты не берешь свою fucking трубку?

Маша нехотя покосилась на тумбочку, где валялся ее уже давно разряженный телефон. Первым ее желанием было выставить бесцеремонную подругу за дверь, но та расторопно подсунула подруге пончик с черникой (Машин любимый) и стаканчик со садким кофе. Этот искренний жест заботы, в купе с неподдельным беспокойством в глазах подруги, наконец, сломал столь старательно возведенную Марией вокруг себя стену (она так никому и не рассказала о том, что с ней случилось в России), и уже через полчаса Сашка была в курсе главной причины всех Машиных перипетий. С минуту подруга напряженно молчала.

– Ну ты и идиотка, - сказала она наконец, - Причем не просто идиотка. Ты -идиотка в квадрате! Даже, я б сказала, кубе!

Мария, вспыхнув, отпрянула.

–  Fuck! Мария! Ты идиотка вовсе не потому, что отменила эту дурацкую свадьбу, хотя, конечно, идея променять влюбленного в тебя красавца-миллионера на едва знакомого смазливого тинейджера - решение не самого большого ума. Но shit happens, my dear! Случилась с тобой любовь с первого взгляда. Та самая, что свела Ромео и Джульетту в могилу, между прочим. Они тоже по началу в гляделки да ладушки играли. Прям как ты со своим вчерашним школьником. И не надо так яростно сверкать на меня глазами. Да, любовь! Ты посмотри на себя! От угрызений совести так не сохнут! Но объясни ты мне, моя дорогая подруга, за каким чертом ты от него сбежала, раз он произвел на тебя столь несгладимое впечатление? Да еще так по-английски? Парень, готова поспорить, с утра чуть не рехнулся, не найдя тебя под боком.