– Минеральная вода, – Тони улыбнулся.

– Сразу перешла к делу?

– Нет, трепались о всякой ерунде минут двадцать. У нее правильная речь – мне всю дорогу казалось, что я читаю учебник английского. «Как вам погода в Бирмингеме?» – Тони фыркнул и снова потянулся к бутылке с виски.

Бенедикт кивнул.

– Изучала.

– И тщательно. Убедившись, что я не опасен, заговорила о своей работе. Очень осторожно – знаешь, как будто намеками, но так, чтобы все было ясно. Сказала, что устала, что не чувствует прежнего азарта, что стала испытывать раздражение по отношению к клиентам…

– Ложь. Всегда испытывала.

Тони согласно улыбнулся, отпивая из стакана.

– Что тебя в ней зацепило? – Бенедикт подался вперед, заразившись его задором.

Тот сделал еще глоток и сощурился.

– Взгляд. Красивая женщина, – он замешкался на мгновение, – из тех, мимо которых не пройдешь. Яркая профессионалка – явно первого эшелона. Высокомерная, дерзкая. И этот взгляд. Полный… жажды. И страха. Она ни за что в жизни не признает, но… я вижу.

– Я ее беру, – в голосе Бенедикта прорезались бархатные нотки. – На ближайшую среду.

***

– Благодарю, что приняли меня, – я знаю, что у вас… напряженный график, – глаза сидевшей перед ним женщины смотрели насмешливо и надменно.

– Мне показался интересным ваш случай, – в тон ей ответил Бенедикт, – не каждый день встретишь представителя этой профессии, способного к эмоциональному выгоранию. Однако, мне не совсем ясно, чего вы ожидаете от меня.

– Разве это не очевидно? – она выпрямилась в кресле и посмотрела на него. Ее холеное полноватое тело, казалось, источало небрежную привлекательность. – Я хочу вернуть утраченное влечение и остроту ощущений. Без этого моя работа не будет стоить и гроша. Мне рекомендовали вас как уникального специалиста, и я ожидаю, что вы разбудите во мне… дополнительные ресурсы.

– Что именно вас интересует и к каким методам вы уже прибегали?

Она пожала плечами.

– К обычным. Наркотики, алкоголь. «Нестандартные» практики.

– BDSM?

– Это то, что я предпочитаю в собственной… сексуальной жизни, – она облизнула губы, – для того, чтобы вернуть свежесть переживаний от работы, я использую более грубые методы. Так проще.

Он кивнул.

– Но едва ли эффективнее. С некоторых пор. Вам известно, что я не использую нетрадиционные практики?

Она поморщилась.

– Да, известно. Собственно, поэтому я долго сомневалась, стоит ли обратиться к вам, хотя время работает против меня. Что толку идти к хастлеру, если он не может предложить тебе ничего нового? Но после того, как на прошлой неделе мне пришлось… – она помедлила, преодолевая внутреннее сопротивление, – отказать троим клиентам из-за неготовности провести самую простую сессию… – на миг в ее лице промелькнуло загнанное выражение – я решилась. Все остальное я испробовала. Это мой последний шанс.

– Возможно, – он наклонил голову, соглашаясь. – А, может быть, и нет. В любом случае, принимая окончательное решение, имейте в виду, что обратного пути не будет.

– Что это значит – обратного пути не будет? – она посмотрела на него с недоумением.

– Это значит, – он посмотрел ей прямо в глаза, чуть подавшись вперед, – что я собираюсь трахнуть тебя.

Ее зрачки медленно расширились.

– Когда? – спросила она, уже без следа прежней небрежности и надменности.

– Мой помощник свяжется с тобой, – светским тоном отозвался он, поднимаясь с места. – А сейчас прости, у меня дела. Напряженный график.

***

Никто не заподозрил бы в ней жрицу любви, мимолетно подумал Бенедикт, глядя, как Элен грациозно проходит в его игровую комнату, одетая в легкое черное муаровое платье-футляр до колен и простые классические туфли. «Словно на вечеринку собралась», – хмыкнул он про себя и закрыл дверь.

– Выпьешь? – он подошел к небольшому столику с напитками и бегло просмотрел этикетки бутылок. Он никогда не пил во время сессии, но клиенткам иногда это требовалось.

– Нет, благодарю, – она расположилась в низком кресле у столика и, бросив мимолетный взгляд на кровать, повернулась к нему. – Прошло две недели с тех пор, как мы договаривались о встрече, и я, признаться, не ждала, что твой человек позвонит именно сегодня, – Элен говорила спокойно, но чувствовалось, что она на взводе. – Ты сорвал мои планы. Я могу рассчитывать в ответ на что-то особенное?

– Никогда не знаешь, – Бенедикт снял пиджак и опустился во второе кресло, оставшись в белой просторной рубашке и светлых брюках.