Брокстон обескураженно молчал.

– Выдохните. Это был просто вопрос.

Кажется, пора заканчивать, иначе они заявят в деканат, что я их изнасиловал, весело подумал Бенедикт.

– К следующему разу прошу каждого из вас написать эссе на эту тему. Пользоваться источниками высокого качества – можно, мусором, вроде примитивной порнографической литературы и случаев, взятых из желтой прессы, – нет. Объем эссе – до десяти страниц машинописного текста. Все свободны.

Группа застучала крышками парт, зашелестела листами закрываемых тетрадей и, не спеша, разбившись на отдельные компании, двинулась к выходу. Похоже, им еще долго будет о чем поговорить, про себя усмехнулся Бенедикт. Он обернулся к столу и принялся собирать собственные вещи.

Когда аудитория почти опустела, он обнаружил, что около него мнется группка из нескольких девушек, возглавляемая Амандой Стоун.

Ага. Эффектная точка. Посмотрим.

– Мисс Стоун, что у вас?..

– Мистер Тэррингтон…

Аманда выглядела, как человек, который готов нырнуть в пучину запретного удовольствия, и лишь ждет сигнала от того, кто способен такое удовольствие предоставить.

– Наш сегодняшний разговор… – под его ироничным взглядом она смешалась – ваша сегодняшняя лекция… Что, если обо всем этом узнает деканат? – наконец, протараторила она, словно рывком бросаясь в ледяную воду.

– Деканат… – задумчиво прищурился Бенедикт. Он собрал рабочие бумаги в папку и поднялся из-за стола. – Надеюсь, вы позаботитесь об этом, Аманда.

***

– Пираньи устроили мне допрос, – входя в кабинет и бросая в кресло пальто, сказал Бенедикт.

– А ты? – Тони глянул на него с любопытством, оторвавшись от просматривания бумаг. В руках у него был мобильный телефон, в котором он что-то сосредоточенно печатал.

Бенедикт иронически улыбнулся.

– Повел себя в своей обычной манере, – расплылся в улыбке Тони и откинулся на спинку дивана. – Жаль, меня там не было.

– Ты это видишь каждый день, – усмехнулся Бенедикт.

– И то правда. И все-таки – они были в шоке?

Бенедикт задумчиво прищурился, отодвигая кресло и усаживаясь за стол.

– Не столько в шоке, сколько… Не знаю, обескуражены.

Тони вопросительно посмотрел на него.

– Тони, я с самого начала учил их тому, что нельзя играть с сексуальными желаниями. В общем, не давая повода думать, что сам имею к подобным желаниям настолько прямое отношение, – он поморщился. – В конце концов, я сознательно и целенаправленно создавал образ…

– … консервативного идиота? – хмыкнул Тони.

– Вроде того, – свирепо посмотрел в его сторону Бенедикт. – И вот, пожалуйста, – один нелепый слух, и все полетело к черту.

Тони уселся поудобнее и внимательно посмотрел на него.

– Ты доволен.

Бенедикт постарался придать своему лицу серьезное выражение, но ему это не удалось.

– Еще бы, – едва сдерживая смех, сказал он, – давно пора было. Не говоря уже о том, что я чертовски устал выглядеть и вести себя как ходячий шаблон представителя среднего класса, – добавил он в завершение.

– За это стоит выпить, – усмехнулся Тони, возвращаясь к своим записям, – но потом. Вот только разберусь с этими новыми делами.

– Что-то интересное?

Тони махнул рукой.

– В твоей системе ценностей – унылое и пресное. Но девушки хорошие. Ищу им подходящего специалиста на замену.

– Боишься, что я засну в процессе? – ухмыльнулся Бенедикт.

– Боюсь, что они не смогут оправиться от твоего неотразимого обаяния, – парировал Тони. – Не отвлекай.

– Как скажешь, партнер, – отозвался Бенедикт и нажал на кнопку вызова секретаря, с наслаждением представляя себе чашку свежего зеленого чая. – Каждому свое.

Тони Брокстон делал доклад. Это было невыносимо.

– В результате, тщательно изучив все факты и проанализировав использованную выборку, мы пришли к выводу…

Бенедикт уронил голову на руки и, мысленно посчитав до трех, поднял глаза на Тони.

– Мистер Брокстон, не знаю, как вы, а я пришел к выводу, что ваше исследование способно убить лошадь. Не хуже капли никотина. Возможно, нам стоит сделать заявление в министерство здравоохранения Британии? Отчего курить в общественных местах запрещено, а произносить подобные речи – нет?