Всё во мне борется, чтобы встать и убежать. Убежать и спрятаться. Убежать и плакать. Убежать и резать.

— Эйли, — его голос опускает меня на землю. Вырывает меня из атмосферы моего плывущего разума и привязывает к его непоколебимой силе. — Ты дрожишь.

Так и есть. Яростная дрожь ног смущает.

— Прости.

— Посмотри на меня, — и мои глаза сразу поднимаются к его лицу. — Ты должна перестать извинятся за то дерьмо, в котором нет твоей вины.

Кивнув, я отвожу взгляд. Если я сейчас открою рот, то уверена, что сделаю одну из двух вещей: заплачу навзрыд или выложу все свои секреты. Ничто из вышеуказанного не должно произойти. Я ещё не готова оттолкнуть его всем своим багажом. Тишина, которая возникает между нами, вибрирует от слов, которые я не могу произнести. И мы молчим так в течение нескольких минут.

— Посмотри наверх.

Моё тело было создано для того, чтобы следовать его указаниям. Не могу ничего с собой поделать. Поднимая взгляд, я обнаруживаю полуночное небо, усеянное крапинками сверкающих звёзд. Их так много там, что мои глаза мечутся из стороны в сторону, стремясь разглядеть их все. Без вмешательства дневного света, они сверкают непривычно ярко, простираясь так далеко и широко, насколько позволяет взгляд.

— Это захватывает дух, — я смотрю на него. — Как ты нашёл это место?

— У меня свои методы, — на его легкомысленный ответ, я снова возвращаю взгляд к небу. Боковым взглядом замечаю, как он откидывается назад, складывая руки и заводя их за голову.

Я вздыхаю.

— Я бы хотела свои вещи для нашего проекта и камеру. Это был бы отличный кадр.

— Не то чтобы мы не могли вернуться.

— Мы? — я не могу скрыть счастья. — То есть, ты делаешь проект со мной? Я думала, ты сказал, что это пустая трата времени?

Он достаёт свой телефон и держит его перед собой, так что не отвечает сразу, потому что отвлечён бешеным набором сообщения на телефоне. Это нелогично, что мне приходится ревновать к телефону, и ещё более абсурдно для меня вообще ревновать к тому, кто украл его внимание. Глядя вверх на звёзды, трудно найти какую-либо красоту там, когда мои мысли настолько поглощены уродливыми чувствами. Молча, я пытаюсь урезонить ненужный беспорядок в своей голове, и замечаю, что Мэддокс встал на ноги, только когда чувствую тяжесть его руки на своём плече. Он убирает руку и протягивает её мне, чтобы я взялась за неё. Одним быстрым движением он поднимает меня на ноги.

— Ты до сих пор мне не надоела, — он тянет прядь моих волос и бездумно играет с ней между пальцами. — Поэтому я предполагаю, что сейчас ты стоишь моего времени.

Он горячий и холодный. И я не должна находить его высокомерие таким сексуальным. Не должна слепо следовать каждому его слову. Не должна быть собачкой у его ног, ожидающей крохотной частички его внимания. Не должна хотеть иметь с ним что-либо. И, тем не менее, вот она я, упиваюсь его вниманием, и молча, выжидая, чертовски сильно желаю получить возможность вкусить хотя бы толику его греха.

— Ты должна почаще распускать волосы. Мне это нравится.

С трудом сглотнув, я отвечаю:

— Я буду делать это, но только если ты попозируешь для меня.

Его рот дёргается.

— Я плохо влияю на тебя. Но ладно, я буду позировать для тебя.

Не могу ничего поделать и расплываюсь в лучезарной улыбке.

— Правда? Ты сделаешь это?

Мэддокс смотрит на меня серебристыми глазами, и шаловливая улыбка приподнимает уголки его сексуального рта.

— Да, я сделаю это.

Глава 18

Эйли

Он держит своё слово. Ждёт меня в понедельник после школы. Я наслаждаюсь, видя его, небрежно прислонившегося к ряду шкафчиков и разговаривающего со своим братом. Когда я подхожу, наши взгляды встречаются, и я уверена, что вижу искорку удовольствия в его глазах из-за моего появления.

— Как жизнь, Эйли?

Несмотря на то, что я бросаю Ною тихое «Привет», мой взгляд по-прежнему прикован к его татуированному брату, который, кажется, тоже не прекращает глазеть на меня.

— Привет, — произношу с застенчивой улыбкой и красными щеками.

Он усмехается.

— Я готов к моему крупному плану.

Слышится фырканье Ноя.

— Я до сих пор удивляюсь, как ты убедила этого идиота позировать для тебя. Ты хоть знаешь, насколько он ненадёжен, Эйли?

Пожимая плечами, я отвечаю:

— Я в него верю.

Мэддокс выдавливает осуждающую улыбку.

— Думаю, ты такая одна.

— Иногда это всё, что нужно, — бормочу я. Стоя между этими двумя, я внезапно осознаю, настолько у меня маленький рост, и это становится ещё более очевидно, когда я поднимаюсь на носочки, чтобы достать до замка на своём шкафчике.

— Какая твоя комбинация? — спрашивает он с поднятой вверх рукой, стоя прямо за мной.

— 53-12-9, — выдаю цифры шёпотом, но делаю это без колебаний. Он набирает их, крутя сначала влево, а затем два раза вправо, и снова назад к последней цифре. Он убирает замок секундой позже, и дверь моего шкафчика открывается.

— Спасибо.

Я хватаю необходимые книги для домашней работы на сегодняшний вечер и оставляю те, что мне не нужны.

— Я готова, — говорю я, закрывая за собой дверцу. — Ты идёшь с нами, Ной?