Он вытащил из кармана тонкий листок пластена с какими-то картинками и надписями и, подоткнув под верёвку, пристроил у Миа на груди.

– Что это?
– спросила она.

– Распечатка новостной ленты за сегодняшнее число. Сиди смирно, мне надо сделать пару снимков.
– Трухаков достал из кармана небольшое устройство серебристого цвета с круглым глазом посередине.
– Своим юнифоном я пользоваться не могу, пришлось купить автономную камеру - везде, между прочим, может снимать, в любой жидкой среде и даже в силовом поле... Ну-ка, улыбочку!

– Это из-за Дениса, да?
– догадалась Миа, глядя, как Трухаков просматривает сделанные фото.
– Он говорил мне, вы с детства знакомы, в детдоме дружили...

– Дружбы не существует, милая. Но я помню, что Кулак для меня в детдоме сделал, я добра не забываю.

– Тогда отпустите меня, пожалуйста! Отплатите ему добром за добро!

– Да я рад бы, но не могу...
– Игорь отложил камеру и подошёл к Миа.
– Веди себя хорошо, и я не причиню тебе вреда.

– Но послушайте! Так же нельзя! Вы...
– слова сменились мычанием - Трухаков засунул ей в рот кляп.

– Лучше тебе помолчать.
– Игорь проверил стягивающие Миа верёвки, потом взял ещё одну и привязал ножки стула, на котором сидела пленница, к идущей вдоль стены трубе.
– Так будет надёжнее.

– Жди меня и я вернусь!
– заперев дверь, крикнул он уже из другой комнаты.

Миа попыталась расшевелить верёвки, но они не поддались. Подёргавшись минут пять на стуле, она поняла, что это без толку, и огляделась, рассматривая помещение. Оно было просторным и неуютным. Обшарпанные стены, мутные окна, расположенные слишком высоко и такой формы, как делают обычно в нежилых помещениях. Перегородки, разбивающие одну огромную комнату на несколько небольших, возведены недавно и кое-как... Наверное, когда-то тут был завод или фабрика, а теперь в здании сделали жилые квартиры. Но Трухаков здесь, конечно же, не живёт, окинув взглядом наспех расставленные столы с оборудованием, подумала Миа. Это какая-то его тайная лаборатория... Но зачем? И что это за дело, ради которого он её похитил?! Что он может требовать от Дениса? Он ей ничего плохого о Трухакове не говорил! Однако про то, что Трухакову сделали операцию с осложнениями, зачем-то наврал. Ведь не мог же сотрудник спецслужбы не знать, что Трухаков вовсе не лечиться ушёл! Это в клинике все могли своему главному сноведу на слово поверить, но не в Управлении спецрасследований... Денис наверняка был в курсе, как обстоит дело в действительности, но ей не сказал... не предупредил, не предостерёг! Почему?..

Миа вспомнила, как обрадовалась, когда вышла из процедурной и вдруг увидела Трухакова. Если бы она только знала, что он - не тот, кем прикидывается! То, что он помахал ей рукой, подзывая к запасному выходу, которым мало кто пользовался, было, конечно, странно, но Миа доктору доверяла. Любимец пациентов, гениальный врач, к которому просто так не попасть, не протолкнуться... да мало ли какие причуды и внезапные озарения посещают гениальную голову!.. Миа же была в Клинике здорового сна на особом счету, Трухаков - друг детства Дениса, поэтому она покорно вышла с врачом из Центра, ничего плохого не заподозрив, а дальше что-то кольнуло её сзади в шею... потом было несколько шагов по инерции, но всё уже плыло и вскоре уплыло совсем...

Кляп неприятно распирал рот, связанные руки и ноги занемели. Миа завозилась на стуле, стараясь расслабиться, отрешиться от неудобств. Найдя наименее нервирующую позу, она прикрыла глаза, однако спустя несколько секунд вдруг распахнула их вновь.

Провод! Миа снова смежила веки на этот раз не меньше, чем на пару минут, прежде чем поверить в то, что случилось.

Тонкого, уходящего в жемчужно-серую субстанцию провода больше не было! Да и самой субстанции тоже! Только обычная темнота под закрытыми веками и больше ничего. Ничего!

Странная, необъяснимая связь с Ильёй, столько времени лишавшая её покоя и нормального сна, исчезла.

* * *

– Привет, сын!
– Аркулов оторвался от скрина, передающего какой-то процесс, происходящий под лабораторным микроскопом.
– Давненько не виделись.

– Да тут столько всего навалилось, отец! А сегодня ещё и Миа из Центра реабилитации исчезла, слышал?

– Исчезла? Как это? Нет, не слышал.

– После процедур зашла к своему врачу, а через шесть минут охранная система засекла её выход из Центра. Все вещи Миа, включая юнифон, остались в палате. Я думаю, это Трухаков её похитил.

– Трухаков? Это из-за которого тут все на ушах стоят - антидот от его актиматрицы изобретают?

– Ты уже в курсе? Это хорошо, - обрадовался, что не надо ничего объяснять, Денис.

– Да, меня тоже привлекали как биолога, к Тополькову в подмогу... так что я - да, ознакомился... поразительный мужик, этот Трухаков, с таким конфликтом в организме столько протянуть, да ещё и стать всемирно известным учёным - и это учитывая, что его профиль мозга фактически уничтожил все предоставленные геноптой возможности! Потрясающе! Профиль, столько лет разрушавший тело, но при этом не лишивший способности постоянно изобретать новое - это крайне интересно! Когда умрёт, я этот мозг буду не просто изучать, я его по молекулам разберу...

– Ну, ты в своём репертуаре, Аркулов, - Денис хмыкнул.
– Трухаков похитил Миа, а тебя только спёкшийся котёл будущего трупа интересует.

– Ах да - Миа! Прости, Денис, я и правда увлёкся... так что там? Он требования какие-то выдвинул?

– Пока нет. Но я думаю, он потребует снять блокировку с обновления.

– Ты меня, конечно, извини, сынок, но вряд ли тот, кто изобрёл актиматрицу, выставит такое глупое требование.

– Глупое?!

– А как ещё назвать требование, которое никто не станет удовлетворять? Ну, ты сам-то головой подумай: кто будет из-за одного человека подвергать опасности миллионы геноптиков?