– Нет, - покачал головой Денис.
– А что значит "наедине"? Неужто совсем без присмотра?

– Опасаешься, он на тебя набросится?
– улыбнулся киберлог.

– Ещё как!
– рассмеялся Денис.
– С его-то массой и боевой подготовкой!

– Да не бойся, он в наручниках и к столу пристёгнут.

– Чего, правда?

Лихарев кивнул.

– Ну, перебор, по-моему!
– Денис посерьёзнел.

– Распоряжение генерала, - развёл руками Лихарев.
– Как и камера. Хотя Валенте сказали, что наедине, но на самом деле - ты ж понимаешь, совсем не следить - это не вариант, поэтому камера есть. Но слушать вас мы не станем, раз уж такое у него личное... Только изображение, без звука.

– Ясно.

– Пришли. Там, возле двери есть панель связи, сообщи, когда закончите.
– Лихарев отомкнул дверь, и Денис зашёл внутрь небольшой, примерно три на три метра, комнаты.

Посредине стоял стол, с одной стороны которого сидел Боря Валента, а с другой, напротив него, стоял пустой стул.

– Привет, Валет!
– Денис опустился на свободное место.

– Здорово, Кулак, - проглотив их обычное детдомовское продолжение "ты как?", ответил Боря.

Выглядел он хуже не куда: лицо белое, под глазами тёмные круги, волосы слиплись, щёки ввалились. Он так сильно осунулся за эти дни, что голова и кисти скованных наручниками рук казались непропорционально большими по сравнению с отощавшим до последнего предела телом.

– Лихарев говорил, ты хочешь сказать мне что-то очень личное?

– Он убьёт их, Кулак!
– Боря посмотрел Денису в глаза.
– И я ничего не смогу сделать.

– Кто? Кого убьёт?

– Трухаков... Он понимает, что я его слил, и убьёт Юлю с Галкой... а может, и до матери доберётся. Он предупреждал, что всю мою семью уничтожит... а он слов на ветер не бросает, ты знаешь, да и терять-то ему нечего.

– Ну, во-первых, семью твою охраняют, а во-вторых, Трухаков в розыске и не может так просто разгуливать, где вздумается, так что трудновато будет ему подобраться.

– Охраняют, пока я тут над антидотом работаю, а когда он будет готов, Управлению станет на них наплевать!

– Хорошего же ты о нас мнения, - оценил Денис.
– Интересно, откуда такая паника?

– Жизненный опыт.

– А-а... ну раз так... то тебе ничего не остаётся, как саботировать работу над антидотом. Откажись помогать, и тогда защищать твою семью не придётся.

– Как я могу отказаться, если Управление поставило мне ультиматум: угрожают неприятностями для семьи, заявили, что, если не сделаю к четвергу антидот, они лишат Юльку денег, которые я заработал, добьются полной конфискации...
– Он всплеснул руками, громко звякнув цепочкой.
– А ты удивляешься, почему я о вас такого мнения. Да потому что методы у вашей спецслужбы ничем не лучше, чем у Трухакова. Вот почему я не верю, что о Галке с Юлькой позаботятся. Хочешь сказать, их спрячут? Как, если Галка каждый день ходит в больницу лечиться, и будет ходить ещё целый месяц - курс прерывать нельзя?..
– Боря опустил голову и неловко всплеснул руками, ударив о стол.
– Между молотом и наковальней, баг-задораг!

– Тебя послушать, так никакого выхода нет! Зачем ты тогда меня-то позвал?

– Выход есть, Кулак!
– Валента поднял голову и посмотрел Денису в глаза: - Я должен умереть. Сегодня, сейчас! Но мне нужна твоя помощь...

– Что?!
– Денис вскочил.
– Да ты что, совсем на череп опрокинулся?!

– Нет, нет! Подожди! Я не опрокинулся, ты послушай...

– Да не желаю я этот бред слушать!
– Он сделал шаг к двери.

– Нет, Денис!
– в Борином голосе было столько отчаяния, что Денис остановился.
– Пожалуйста! Не уходи, мне стоило большого труда добиться нашей встречи! Неужели нельзя задержаться и хотя бы просто меня послушать?!

– Хорошо, я выслушаю.
– Денис вернулся на своё место.
– Но на этом всё.

– Ладно, слушай, я не требую от тебя убивать, я покончу с собой сам, ты только дай мне дотянуться до твоего пистолета... Ты обещал!
– взвизгнул он, и попытался вскочить, заметив, что Денис снова собирается уйти - цепь громыхнула, вытянувшись до максимума и Валента плюхнулся обратно.
– Если я умру до четверга, то Трухакову будет незачем убивать мою семью, - но тут особенно важно одно: передать ему информацию, что я умер, и я хочу попросить об этом тебя - вставь это в новости или ещё как-то, ты сообразишь, главное сделать это сегодня! Без меня антидот будет готов самое раннее к следующему понедельнику, Лихарев с компанией раньше не успеют, и тогда Трухаков от Юльки с Галкой отстанет, а Управлению тоже не будет никакого смысла их терроризировать. Это выход! В тюрьме я всё равно долго не протяну! А пенитенциарные нейропроцедуры?! Да ведь лучше сдохнуть, чем это, Денис! Ну пойми же! Застрелиться прямо сейчас - это единственный для меня выход!

Порыв вскочить и уйти прошёл, и Денис вдруг почувствовал лёгкое головокружение от внезапного осознания, что если антидота к четвергу не будет, то самое сложное из поставленных Трухаковым условий, к которому Денис даже не представлял себе, как подступиться, окажется выполненным. И тогда Миа точно останется жива, стоит только...

Дениса окатила жаркая волна стыда, и в то же самое время, вопреки совести, раньше, чем он заставил себя прогнать подлые мысли о пользе самоубийства Валенты, на волю вырвался вопрос:

– А обновление? Как ты разблокируешь обновление?

– Что?
– Валента замер, уставившись на Дениса.
– Обновление?
– В его усталых, потухших глазах вдруг вспыхнул живой интерес.
– А мне насрать на обновление, я лишь хотел, чтобы Трухаков ещё до четверга узнал о моей смерти, и тогда делайте что хотите - с меня-то взятки гладки... эй-ей-ей, дружок!
– всё так же не отрывая взгляда от лица Дениса, Валента улыбнулся. Да тебе, оказывается, тоже надо что-то своё, не то, что остальным в Управлении, да?