– То есть, это все сейчас было как бы "между прочим", куратор?!
– хотел было воскликнуть пилот, однако что-то его удержало от подобных действий. Скорее всего, это был здравый смысл. По спине мужчины пробежал легкий, но неприятный озноб. Если все это "второе дно" Марка в проекте, вроде как, по словам господина профессора, было "несерьезным", то что же тогда для господина Андерса по-настоящему "серьезная тема"?

– Они все, - старик поднял вверх указательный палец, - считают, что наш проект - это просто подарок высокоразвитой Сестренки отсталому человечеству. Безвозмездный подарок, который при внедрении позволит обеспечить людям чудовищной скорости космическую экспансию, помноженную на спасение от Ламии кучи безнадежно больных людей... А я, мол, и Валерия, это просто удачное совпадение, для старта. Знаешь, что это за совпадение?

Собеседник, не шевелясь, молчал и слушал. Наверное, ему надо было спросить: "какая?", или хотя бы пожать плечами, но ни того, ни другого он так и не сделал. Хотя старику его ответная реакция и не требовалась, а вопрос был скорее риторический.

– Да, это действительно подарок, воистину королевский подарок, но только не человечеству, а... мне. И нужно все это, весь этот проект, в первую очередь для того, чтобы моя девочка просто могла жить. Понимаешь? Просто - жить. А все остальное вторично. И космос, и другие больные... Мне на все это плевать. Не случись с моей дочкой такого, не было бы никаких проектов. Никаких корабликов. Ты ведь знаешь, как мы с ней познакомились, да? Она тебе про экзамен рассказывала?

– Да, господин Андерс, - кротко кивнул ему в ответ Марк.
– Рассказывала.

– А что еще она тебе рассказывала обо мне? Только честно!

– Что вы были очень одиноки. Что у вас было два неудачных брака. Что вы хотели дочь...

На этих его словах старика, что называется, прорвало.

***

Профессор рассказал пилоту все. И про то, как он сходил с ума, понимая, что все его знания и авторитет были попросту бессильны перед такой заразой, как Ламия, в один прекрасный момент обнаруженная у Леры.

И про то, как он, в самом прямом смысле этого слова, на коленях молился Сестре, потому что больше умолять было некого.

И про то, как он вначале ужаснулся от предложенной ему Сестрой идеи превратить его девочку в нечто совершенно другое.

Андерс рассказал Марку даже о своих долгих односторонних разговорах с плавающим в регенеративной камере обрубком, некогда бывшим его названной дочерью.

Господин Андерс то тараторил без остановки, то вдруг останавливался на середине фразы и долго молчал. Он то смеялся, то плакал. И при этом совершенно не походил на того вроде как знакомого нашему герою мудрого и сдержанного пожилого ученого. Это словно был не господин Андерс, а кто-то совершенно другой, новый.

– Видел бы ты, мальчик мой, как мы ее посылку с яйцом-заготовкой ловили.
– Старик вытер рукавом лицо и заговорил совершенно спокойно. Настолько спокойно, словно и не было никогда этой его истерики. Словно все Марку померещилось. Не иначе как выплакался старик.
– Мы же ее посылку солнечной панелью спутника ловили, чтобы она, не дай Сестра, в атмосфере не сгорела. Она же ближе, чем на энное количество тысяч километров к Земле подлетать отказывается. Влажность, плюс ее уговор. Ну так вот. Подлетело одно из ее тел на определенное расстояние и выстрелило прицельно посылочкой. Та точно в цель попала. Попала и прилипла к солнечной панели намертво. Сестра попрощалась и домой полетела, а мы аккуратненько спутник с подарочком на землю спустили и за работу принялись. Вырастили заготовку, переселили в нее Леру... Слава Сестренке - успели. На первой фазе четвертой стадии...

– Переселили?
– словно бы не своим голосом переспросил Марк.
– А я почему-то думал, что Лера... ну, постепенно превратилась в это.

– Нет, - покачал головой старик.
– Ее переселили. Точнее, Рой снял копию сознания моей девочки и прописал в новом теле.

– Но тогда получается, что в какой-то момент одновременно было две Леры. Одна в аквариуме, а вторая в теле корабля, так ведь?
– Мужчина вопрошающе посмотрел на собеседника.

– Нет.
– снова покачал головой старик.
– Особенности переселения, если так можно выразиться, таковы, что при снятии копии сознания нейронные связи в мозге оригинала, или как мы его теперь называем, в мозге-клише, безвозвратно разрушаются. Так что по сути ее действительно переселили. Я, наверное, смогу объяснить тебе всю суть переноса сознания, например, почему нельзя перенести его из одного человеческого тела в другое и прочее, но для этого нам потребуется много времени.
– Голос старика снова начал дрожать. Кажется, он вот-вот готов был впасть в повторную истерику.
– Просто пойми, что моя девочка не бессмертна. Второй шанс можно получить только один раз, и если с ней теперь в этом облике что-то случится, то это будет уже навсегда.

Проснулся пилот в собственной постели, совершенно при этом не помня, как именно он умудрился в ней оказаться. Рефлекторно пожелал своему кораблику доброго утра (Лера, естественно, промолчала, ибо, скорее всего, еще сладко спала), после чего в его памяти как-то сам собой возник вчерашний разговор с господином Андерсом. Марк невольно задумался над вопросом, а был ли этот разговор реальностью, или все-таки нашему герою это просто приснилось.

Просто так подойти и прямо спросить об этом старшего куратора сейчас казалось мужчине самым бредовым поступком на свете. Решив на какое-то время оставить эти свои размышления на данную тему в покое, пилот сладко потянулся и посмотрел на стоящие на тумбочке старые электронные часы. Было чуть больше семи утра. Спать дальше мужчине не хотелось совершено.

***

На улице было довольно-таки прохладно. Пилот стоял на крыльце своего "особняка" и заспанным взглядом изучал окружающее пространство. В зоне видимости, как и следовало ожидать, не было ни одной живой души. Марк осторожно спустился с крыльца на землю.

– Что день грядущий нам готовит?
– задал он сам себе вслух вроде как риторический вопрос. После чего сам себе ответил:

– А кто его знает.

Мужчина закрыл глаза и прислушался. Вокруг было тихо, очень тихо.

– Я знаю. Неожиданную встречу он тебе готовит, капрал, и притом очень важную, - раздалось у него из-за спины. Марк вздрогнул и обернулся.