– Кто ты? – простонал он, когда она закончила.

– Это Зузу, - ответила вместо нее Эмбер. – Она из племени батва.

Коннор повернул голову в другую сторону. Эмбер сидела на камне с белой мякотью фрукта баобаба и жевала его.

– Ты снова спас мне жизнь, - сказала она.

– Да?

Эмбер улыбнулась.

– Не помнишь?

Коннор покачал головой. Он помнил кошмарные обрывки нападения леопарда.

– Я слышала только ужасный рев, - сказала она. – Ничего не видела. Но ты закрыл меня собой от леопарда. И не отпускал, хотя леопард терзал тебя, - Эмбер покачала головой, поражаясь его поступку. – Теперь я знаю, что значит телохранитель!

Она подмигнула ему и сделала глоток из бутылки с водой, украденной в лагере браконьеров. Коннор попытался сесть, но спину пронзила боль.

– Все так плохо? – спросил он, представляя, как кожа распорота, а из нее выглядывают куски плоти.

Эмбер взглянула на его раны и скривилась. А потом спросила у Зузу:

– Est-ce qu’il va s’en sortir?

Девушка ответила на французском, и Эмбер перевела:

– Зузу говорит, что в их племени есть высказывание: «Каждая рана – шрам. А каждый шрам – история. История, говорящая: «Я выжил». Думаю, это значит, что ты будешь жить.

Эмбер протянула остатки рюкзака.

– Боюсь, от леопардов он не спасает.

Она показала ему пропитанную кровью футболку. Четыре следа от когтей разорвали плечо, но остальная ткань не пострадала.

– Тебя спасла футболка! Не знаю, как, но это чудо, что твоя спина не разорвана.

– Ткань защищает от удара ножом, - объяснил Коннор, застонав, когда Зузу помогла ему сесть. – Но не спасает от синяков. Но как мы спаслись от леопарда?

Эмбер взглянула на Зузу.

– Это заслуга нашего нового друга. Зузу живет неподалеку. Она услышала мои крики и прибежала. Она прогнала леопарда горящей веткой из своего костра.

Зузу сказала что-то еще и осторожно втерла разрезанный стебелек алоэ в синяки и царапины Коннора, и тут же стало легче. Коннор взглядом попросил Эмбер перевести.

– Она говорит, что нам повезло выжить. Этот леопард у их племени известен как Пятнистый дьявол. Он людоед! – сказала Эмбер с нелепой улыбкой.

– Почему ты так рада? – спросил Коннор, растерявшись. – Нас чуть не убили!

Ее улыбка стала шире.

– Генри жив!

Глава 64:

И всю боль Коннора как рукой сняло. Он не верил ушам. Он уже считал Генри погибшим.

– Откуда ты знаешь? Где он? – тут же спросил Коннор.

– Зузу видела, как мятежники вели рыжеволосого мальчика к Холму мертвеца, - объяснила Эмбер и отдала ему бутылку воды. – Это мог быть только мой брат.

– Нужно было понять, что тот мятежник соврал! – пробормотал Коннор, качая головой. Он глотнул воды, запил ею антибиотик и пару обезболивающих. – Нам нужно как можно скорее добраться до дома и…

– Нет, - заявила Эмбер. – Мы идем к Холму мертвеца.

Коннор был потрясен.

– Но мы не знаем, где это.

– Зузу знает. Она сказала, что это там, - Эмбер указала на север. – И она отведет нас.

Девушка закивала, закончив ухаживать за его ранами.

– Но дом в другой стороне, - сказал Коннор. – И что ты собираешься там делать?

– Спасать брата, конечно.

Коннор, раскрыв рот, смотрел на Эмбер, подозревая, что она не совсем понимает ситуацию.

– Слушай, мы устали, голодны и ранены. Мы не можем никого спасти. Более того, мятежники не дадут нам просто пройти в их лагерь и забрать твоего брата из-под их носов. Не без боя.

– Знаю, - возразила Эмбер, глядя на него, обижаясь, что он посчитал ее наивной. – Но если мы не попробуем его спасти сейчас, то… можем и не найти его живым.

Коннор потер грязное лицо руками и вздохнул.

– Я понимаю, что ты хочешь спасти брата. Я тоже хочу его вернуть невредимым. Но я не могу позволить тебе рисковать жизнью, это самоубийство. Я думаю, что лучше нм вернуться в дом и позвать на помощь.

– И сколько это займет? День? Два дня? Может, больше в этой убогой стране. Мы не можем терять времени. Каждая минута на счету. Кто знает, что они делают с моим братом? Жизнь Генри на кону.

– Как и твоя, - возразил Коннор, разрываясь между желанием спасти Генри и уберечь Эмбер. Голова говорила одно, сердце - другое. И здравый смысл победил. – Прости, но я не могу тебя отпустить. Это слишком опасно.

Эмбер посмотрела на него. Ее глаза пылали.

– Я уже теряла Генри, и больше терять не собираюсь. Он – все, что у меня осталось от семьи. Я должна спасти брата, - она направила на него палец. – Ты должен спасти моего брата. Ты ведь и его страж, так?

– Как и твой, - напомнил он. – Я должен уберечь вас обоих.