— Но нужны не только тела, — сказала она. Откинулась на стену. Сложила на груди руки. Разняла их. — Нужно установить оснащение. — А потом извиняющимся тоном добавила: — Ты это знаешь.

— Его они также могли накапливать. Или рассчитывали на десантный корабль. — Который вполне способен производить необходимое оборудование при наличии времени и соответствующих материалов. Некоторые «Мечи» и «Милосердия» из тех, что по-прежнему обладали вспомогательными компонентами, имели определенное количество оборудования в запасе для замены. Теоретически больше нигде нельзя достать такое. Теперь нельзя. Отчасти поэтому лорд Радча испытала трудности с Тайзэрвэт — она не смогла найти нужное оборудование и была вынуждена приспособить свое. — Может быть, ты заберешься туда и обнаружишь, что все в порядке.

Сеиварден усмехнулась. Затем сказала:

— Здесь не много людей, которые способны сделать что-нибудь такое.

— Да, — подтвердила я.

— Полагаю, это не губернатор, поскольку она дала тебе ключи к тому месту. Хотя сейчас, когда я думаю об этом, она мало что могла предпринять.

— Дело говоришь.

— И ты, — сказала она, вздохнув, — не собираешься мне сказать, кого подозреваешь. Брэк, мы будем на расстоянии многих дней пути, если не пойдем туда через шлюз.

— Где бы ты ни была, ты не сможешь примчаться мне на помощь, если что-нибудь случится.

— Хорошо, — ответила Сеиварден. — Хорошо. — Напряженная и несчастная. — Возможно, в течение следующих нескольких месяцев все будет очень скучно. Так всегда. — Так бывало и в ее, и в моей жизни. Неистовая активность, а затем месяцы или даже годы ожидания, пока что-нибудь произойдет. — И даже если они придут на Атхоек, — под «ними» она подразумевала, по-видимому, ту часть лорда Радча, которая проиграла сражение во Дворце Омо, чьи сторонники уничтожали шлюзы вместе с кораблями в них, — это произойдет не сейчас. Это место не будет первым в их списке. — И путешествие между системами может занять недели, месяцы. Даже годы. — Вероятно, ничего не произойдет несколько веков. — И тут ее поразила мысль. — Почему бы тебе не послать «Меч Атагариса»? Похоже, он тут не очень занят. — Я не ответила сразу, но этого и не понадобилось. — О буфера Аатр! Конечно. Мне следовало сразу осознать, но я не думал, что тот субъект… — выбор слова, которое почти не предполагало человеческую природу, передавал пренебрежение Сеиварден к капитану Хетнис, — окажется достаточно сообразительным, чтобы провернуть что-нибудь этакое. — Сеиварден придерживалась низкого мнения о капитане «Меча Атагариса» после смерти переводчика Длайкви. — Но теперь, когда я думаю об этом, не странно ли, что «Меч Атагариса» так настойчиво стремился подобрать тот отсек для хранения? Может, нам нужно заглянуть на другую сторону этого Призрачного шлюза?

— У меня есть кое-какие догадки относительно того, что мы там обнаружим, — признала я. — Но в первую очередь — самое важное. И не беспокойся обо мне. Я могу позаботиться о себе.

— Да, сэр, — согласилась Сеиварден.

За завтраком на следующее утро сестра Кветер стояла молча, опустив взгляд, пока лейтенант Тайзэрвэт и я читали ежедневную молитву. Цветок справедливости — это мир. Молчала, когда мы поминали умерших. Осталась стоять, когда Тайзэрвэт и я сели.

— Сядь, дитя, — сказала я ей на дельсиге.

— Да, радчааи. — Она покорно села. Глаза по-прежнему опущены долу. Она путешествовала вместе с моими Калр, ела с ними до сегодняшнего утра.

Тайзэрвэт села рядом с ней. Бросила на нее быстрый, любопытный взгляд. Расслабленная — или по крайней мере спокойная, поглощенная, решила я, мыслями о том, что хочет довести до конца сегодня. Испытывавшая облегчение оттого, что я ничего не сказала ей — до сих пор — об инициативе, которую она проявила, как только я отправилась вниз. Пять принесла нам завтрак — рыбу и кусочки дреджфрута — разумеется, на сине-фиолетовом «Брактвере», по которому Пять скучала, которым по-прежнему наслаждалась.

Впрочем, Пять испытывала опасения — она узнала прошлой ночью о комнатах, которые заняла Тайзэрвэт дальше по коридору. Ни один человек из тех, чьи данные я могла получать, не заглядывал этим утром, но я уверена, что там уже будет полдюжины обитателей Подсадья, сидящих на импровизированных стульях, ожидающих возможности поговорить с лейтенантом Тайзэрвэт. Их будет еще больше с течением времени. Жалобы на ремонтные работы и строительство, которые уже идут вовсю, просьбы поскорее обратить внимание на другие зоны или, наоборот, заняться ими позже, чем предусматривал график.

Пять налила чай — не «Дочь рыб», я заметила, — и Тайзэрвэт бодро приступила к завтраку. Сестра Кветер к нему не притронулась и только смотрела на свои колени. Нормально ли она себя чувствует, подумала я, но, если дело в тоске по дому, то, если попросить ее высказаться о своих ощущениях, может стать только хуже.

— Если ты предпочла бы кашицу, Юран, — все еще на дельсиге, — Пять ее тебе принесет. — Тут мне пришла в голову другая мысль. — Никто не запрашивает с тебя денег за твою еду, дитя. — Есть реакция: чуть-чуть приподняла голову. — То, что тебе здесь подают, — это твой рацион. Если ты захочешь больше, можешь съесть больше, это не подлежит дополнительной оплате. — В свои шестнадцать она, несомненно, голодна почти все время.

Она подняла взгляд, едва приподняв голову. Бросила взгляд на Тайзэрвэт, которая уплела уже три четверти своей рыбы. Неуверенно начала с фруктов.

Я перешла на радчааи, на котором, как я знала, она говорит:

— Потребуется несколько дней, чтобы найти подходящих преподавателей, гражданин. До той поры вы можете проводить время, как пожелаете. Вы умеете читать предупреждающие знаки? — Жизнь на базе очень, очень сильно отличалась от жизни на планете. — И вы знаете обозначения секционных дверей?