Касс тащит меня к себе в комнату и начинает тираду про то, как е раздражает собственный

брат, как она не может дождаться момента, когда сможет свалить или когда Мэтт уедет обратно в

универ, и почему он так часто приезжает домой. Я наполовину сочувствую. С тремя братьями не

каждый может справиться. Хотя Том нормальный, насколько я могу судить, он едва ли покидает

свою комнату. Джереми милый, как и все. Но ему не будет вечно шесть лет. Это только вопрос

времени, прежде чем он вырастет в такого же большого вонючего хитрого негодяя, как Мэтт. Тем не

менее, я не против одного раздражающего брата, который бы временами составлял мне компанию.

Нет никого, кто мог бы выступить с речью, как Джек, на моих похоронах. Интересно, мне рассказать

Касс о Джеке?

Я возвращаюсь в реальность, а Касс стонет из–за грязных штанов, лежащих в ванной, и

отрыжек во время ужина.

– Ха! Поговори ещ... едва ли ты – королева гигиены.

Она бросает подушку в мою голову.

– А ну заткнись! Ты не знаешь, каково это. Иногда я готова их убить.

Мы обе молчим в течение секунды.

– Ну... так или иначе, чем ты была занята вчера?

– Ничего особенного. Папа продолжает следить за мной. Думаю, он ждт, когда я своего рода

сломаюсь. Он заставил меня съесть жареную картошку на завтрак. И жареную курицу на обед.

А ещ мртвая Тара сказала мне спросить тебя о той ночи, когда она умерла.

– Господи, твой отец такой кормитель. Тем не менее, я думаю, что ты могла бы что–то сделать

с мясом на своих костях.

Я бросаю подушку обратно в Касс, но промахиваюсь и она попадает в рамку, стоящую на

тумбочке. Касс поднимает рамку и ставит е на место. Это фотография, на которой мы вместе на

школьной поездке во Францию несколько лет назад. Мы ели огромное мороженое и высунули языки.

На заднем плане можно увидеть людей. Тара тоже там, е идеальный профиль можно увидеть через

мо плечо.

Я должна рассказать Касс, даже если точно знаю, что она скажет.

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ КНИГИ О ЛЮБВИ

HTTP://VK.COM/LOVELIT

– Джек звонил. Он хочет поговорить со мной о случившемся.

–Джек? Это... кто? Е брат? – Я заметила, что ей не нравиться произносить имя Тары в

последние дни. Словно это имеет значение. Мне так и хочется напомнить Касс, что Тара была

Лордом Воландемортом. Но может она просто не осознат, что делает, и если это заставляет е

чувствовать себя лучше, то не имеет значения.

– Да. Ранее он позвонил мне. Хочет встретиться во вторник.

– Ты же не собираешься? Так ведь? – Касс ужасается.

– Я... Я не знаю. Я сказала "да", но...

– Ты не можешь! Ты что, потеряла свои чртовы мозги?

– Нет, но... Я не могла отказать ему.

– Почему нет? Это ведь не трудно. Скажи, что не думаешь, что сможешь говорить об этом. У

тебя травма. Да, с этим никто не поспорит.

– Не думаешь, что он заслуживает…?

– Заслуживает что? Знать правду? Ты сошла с ума, не так ли? Сколько раз мне нужно

повторять тебе: никто не узнает, что случилось. Никто. Ты ЗНАЕШЬ это, так? Если кто–то узнает, то

мы окажемся в большой, огромной куче дерьма. Никто не скажет: "Ох, вс в порядке. Мы поняли,

что это было случайно, и вы были напуганы, паниковали и сделали не то, что надо". Мы попадм в

тюрьму. Все мы. Ради всего святого, Алиса. Не могу поверить, что ты даже подумала об этом.

Я офигела от е жестокости. Я знаю, что ею движет страх, но вс ещ страшно видеть е лицо

таким перекошенным. Я чувствую, как слзы начинают жечь глаза. Не могу остановить это.

– Я... не собиралась рассказывать ему ничего. Я бы не сделала этого.

Е лицо смягчается.

– Алиса, мы должны быть осторожными. Если ты будешь говорить с Джеком, то можешь по

ошибке рассказать что–то. Мы должны быть начеку вс время, по крайне мере пока вся эта суета не

утихнет. Я, правда– правда, не думаю, что ты должна делать это.

– Мне не кажется, что он будет допрашивать меня или что–то подобное. Может ему просто не

с кем поговорить.

– Но почему это должна быть ты? Из всех людей?

– Потому что он знал, что я жила с Тарой в одном домике? Потому что мы дружили? Я не