– Почему ради меня? – быстро, словно боясь забыть, спросил он.

– Потому что я забочусь о вас.

Олио нетерпеливо замахал руками.

– Нет-нет, я не это имел в виду. – Он снова прижал ладони к вискам. Почему думать бывало иногда так трудно? – Я имел в виду… я имел в виду…

Вопрос по-прежнему оставался на месте, но было трудно выдавить его из себя. И он медленно, подчеркивая каждое слово, произнес:

– Почему – интересуетесь – им – ради – меня?

Эдейтор был захвачен врасплох. В некоторых отношениях это был как раз тот вопрос, которого он ждал – вопрос, позволивший увидеть какой-то проблеск прежнего Олио. Прелат провел языком по губам и медленно произнес:

– Потому что этот Ключ однажды причинил вам вред.

Олио удивленно моргнул и на шаг отступил от прелата.

– Причинил мне вред? Один из Ключей? Матушка применила его мне во вред? – От страха голос его стал повышаться.

– Нет! – поспешил успокоить его Эдейтор. – Ваша матушка никогда-никогда не причинила бы вам вреда. Вы применили его!

Принц замер.

– Применил его?

Эдейтор мог лишь кивнуть. Он чувствовал – знал, – что близок к чему-то важному, близок к восстановлению связи с прежним Олио, но в то же время понимал, что утратил управление беседой и не представлял, что сказать дальше.

– Я его применил, – проговорил Олио, и хотя он по-прежнему смотрел на Эдейтора, но видел нечто совершенно иное. – Я применил его, – повторил он и опустил голову, словно его одолела неимоверная усталость.

Эдейтор положил ладонь ему на плечо.

– Ваше высочество?

Олио покачал головой.

– Как я мог применить один из Ключей? Ведь я же не маг. – Он остро поглядел на Эдейтора и схватил его за руку. – Но я помню. Помню, как он был у меня.

В тот миг вернулся прежний Олио. Эдейтор понял это не по выражению лица принца – по неожиданной силе в его голосе. Но прежнее «я» снова исчезло – так же быстро, как и появилось – и за руку его держал уже растерянный, сбитый с толку мальчик.

Принц моргнул, выпрямился и показал вдаль.

– Видите? Вон в порт возвращается боевой корабль. Разве он не прекрасен!

Эдейтор не знал, смеяться или плакать. Олио вплотную приблизился к избавлению от болезни, но в конечном итоге у него просто не нашлось необходимой силы. И чем больше времени проходило, тем больше прелат убеждался в том, что ни он, ни кто-либо иной не мог помочь Олио в этом.

А затем настала его очередь моргнуть и выпрямиться. «Ни один человек не обладает той силой, какая требуется принцу, – сказал он себе. – А это значит…»

– О боже, ну конечно, – произнес он вслух.

– Ну конечно что? – спросил Олио.

– Ничего, ваше высочество. – Эдейтор покачал головой. – Мне надо идти.

– В самом деле? Сейчас?

Эдейтор похлопал принца по руке.

– Но я вернусь. Скоро. Обещаю.

Олио пожал плечами.

– А куда вы идете?

– Повидать королеву, – рассеянно ответил Эдейтор.

Он уже думал, как предложить Ариве то, на что – он был уверен – она пойдет крайне неохотно.

– Королеву? Она вас примет? По-моему, ей следовало бы сначала встретиться со мной, а уж потом с вами.

Эдейтор сообразил, что именно он так небрежно обронил, и снова увидел обиду на лице Олио.

– О нет. Я не настолько важная птица, чтобы когда-нибудь встретиться с королевой лично. Я имел в виду, что поговорю с одним из ее чиновников.

– А-а. – Олио успокоился и снова стал любоваться портом. Эдейтор поклонился и покинул южную галерею. Выйдя, он на миг остановился, чтобы сориентироваться, а затем поспешил к покоям Аривы. Когда он добрался до них, его остановили двое караульных гвардейцев. Он потребовал встречи с королевой, и один из гвардейцев отправился передать его просьбу. Вернулся он в сопровождении Харнана Бересарда.

– Прелат Фэнхоу? Чем могу помочь?

– Ничем, Харнан. Мне нужно срочно встретиться с королевой.

– Ее величество крайне занята важными государственными…

– …делами, – закончил за секретаря Эдейтор. – Да, я уверен, что занята. Но мне нужно поговорить с ней об Олио. – Он покачал головой. – Мгм, о принце Олио.

Харнан с сомнением посмотрел на него.

– Понимаю. В каком именно плане?

– Думаю, это должно остаться между мной и королевой.

Харнан заметно напрягся.

– Понимаю, – повторил он, почти не шевеля губами. – Я передам вашу просьбу.

– Я подожду ответа здесь, – заявил Эдейтор, пытаясь выглядеть, как человек, которому мысль о возможности задержки и в голову не придет.

– Как угодно, – отозвался Харнан и ушел.

Преграждавшие путь Эдейтору гвардейцы смотрели на него так, словно он был ненужной и неприятной помехой, и в душе у него взяла верх природная робость. Он избегал встречаться с ними взглядом, делая вид, что разглядывает потолок, свои башмаки, ногти. Время тянулось, он чувствовал себя все неуютней и уже начинал жалеть, что вообще пришел сюда. Но затем все сомнения исчезли – когда за спинами караульных появилась сама Арива с нехотя следующим за ней Харнаном и приказала пропустить прелата. Гвардейцы вытянулись по стойке «смирно», и Эдейтор бочком-бочком пробрался мимо них. Он поклонился Ариве и высокомерно посмотрел на Харнана. Арива взяла его под руку и увлекла прочь от посторонних ушей.