– Дженни, вы сказали? Вышла замуж за Федаро? – Он задумался на несколько секунд. – Дама, вертящая колесо?

– Или привлекающая сосунков, – кивнул я. – Не думаю, что вы сотрудничаете со мной, Ал.

– Могу ли я помочь, если вы держите свои карты закрытыми? – Он пожал плечами. – Не вопросы, а сплошные загадки. Как я могу сотрудничать?

– Много ли должен заведению Эдгар Рэнд?

Фаулер повернулся к мускулистому.

– Пойдите узнайте! – приказал он.

Я закурил сигарету. Скоро мускулистый повернулся и протянул Фаулеру листок бумаги.

– Двадцать восемь тысяч, – сказал он.

– Что он делал?

– Вы что-нибудь еще хотите узнать, мистер Холман?

– Все еще не вспомнили девушку по имени Дженни?

– Она не работала в моем заведении, – ответил он.

– Тогда давайте посмотрим на большое колесо.

Через пару минут я стоял в задней комнате и смотрел на величайшую рулетку в мире. Она была не так уже велика, но, как он и сказал, в большинстве своем рулетки невелики. Я подумал, что Дженни преувеличивала, когда сказала Питу Блиссу, что на ней можно заниматься любовью. Разве только делать это с какой-то очень новой техникой.

Я взглянул на колесо еще раз, потом беспомощно пожал плечами. Когда я повернулся, чтобы покинуть комнату, ко мне подошел Джо Кирк.

– Вы – почетный гость, Рик, – просто сказал он. – Мистер Фаулер велел оказать вам особое внимание.

– Все так добры сегодня, мистер Кирк! – сказал я язвительно. – Если только они перестанут лгать, то эту ночь надо будет запомнить.

– Я запомню это, малыш, – пообещал он мягко. – Сохраню на всю жизнь в моем сердце!

– Почему бы нам не выпить, Джо? – предложил я.

– Вы хозяин, мистер Холман.

Мы нашли свободный угол бара, и кипящая внутри Кирка ненависть вызвала во мне тяжелое чувство, словно кто-то бросил передо мной на ковер горящую спичку.

– Ну. – Я поднял бокал. – У вас есть тост, Джо?

– Какой вы пожелаете, мистер Холман?

– Может, мы выпьем за бедного Джонни Федаро, – сказал я. – Он, должно быть, самый несчастный парень в мире!

– Он жив, – холодно сказал Джо.

– Женившись на даме, он считал, что добился успеха, но ее старик лишил ее всего, даже не впустил в дом. Потом он узнал, что его Дженни в начале каждого месяца берет отпуск на два дня и возвращается с тысячью долларов. Так в чем же проблема? Через восемнадцать месяцев она уходит от него к одному верзиле. Подождав ее немного, Федаро возвращается в Вегас, рассказывает свою историю кому-то, кто намного умнее его, потом пытается заняться обманом и, наконец, уезжает из Невады без четырех пальцев на руках.

– Он негодяй, – сказал Джо.

– Он несчастный негодяй, – добавил я. – Парень, слушавший его рассказ о жене и тысяче долларов ежемесячно, решил, что ни одна девушка за два дня не сможет заработать тысячу долларов, как девушка по вызову, Значит, это был своеобразный платеж, вроде шантажа? Стоило ради этого пойти на риск. Вы пристроили к ней хвост в начале месяца, и это окупилось. Она привела вас прямо туда, и вы узнали, что сын владельца дома глубоко увяз и не станет артачиться?

– Не знаю, о чем вы говорите, Рик, – промямлил он скучающе. – Но похоже, вам это доставляет удовольствие, так зачем же вас останавливать?

– Парень был в дружеских отношениях с Дженни. Поэтому ему предложили внушить ей мысль поработать в заведении. «Величайшая рулетка в мире!» Она берется за работу. У вас дама, и на крючке сын старика. От них обоих вы хотите узнать мрачный секрет из жизни старика. Верно, Джо?

– Раз вы так говорите, Рик. – Он пожал плечами.

– Это было бы здорово, если бы не сорвалось, – сказал я с сожалением. – Трудно иметь дело с любителями. Они вроде девушки, желающей покончить с собой – но самоубийство, как и убийство, не потянет на несчастный случай.

Я выпил немного рома, потом с горечью покачал головой.

– Нет, давайте посмотрим правде в глаза, Джо. Если Фаулер хочет остаться в бизнесе, он должен был первым остановить игру. Но сейчас поздно говорить об этом, верно?

– Рик, малыш, – сказал он ледяным голосом, – я чувствую, что вы на что-то намекаете.

– Только для вас одного, Джо, – спокойно сказал я. – Удирайте отсюда – у вас от силы двадцать четыре часа, – пока это не станет известно Фаулеру!

Я быстро прикончил свой бокал и поднялся.

– Спасибо за гостеприимство, Джо. Теперь я должен спешить, чтобы немного поспать. Завтра после полудня у меня свидание в Сан-Диего. До скорого.

– Сан-Диего? – спросил он.

– Это город в Мексике, – объяснил я и быстро вышел из бара.

Шел уже второй час, когда я вышел на улицу. Мотель находился в пяти кварталах отсюда.

Я добрался до мотеля и поднялся в свою комнату. Меня мучили кое-какие вопросы, и я не знал, как их разрешить.

Моей последней мыслью перед тем, как уснуть, была надежда, что Фаулер не настолько глуп, чтобы предпринимать что-то против меня в Вегасе. Но если даже Большой человек и разразится гневом, то поможет ли это мне в морге?