Вопрос явно смутил девушку, видимо, он был из разряда тех, что относятся к коммерческой тайне. Однако она быстро подобрала ответ и мягко улыбнувшись, произнесла:

— Материал для каждого амулета подбирается отдельно. Учитывается все: и легкость его обработки, и доступность, и то, как легко на него накладываются чары. На некоторые материалы заклинания легко накладываются, и так же легко рассеиваются. Какие-то хорошо накапливают Силу. Некоторые, слабовосприимчивы к чарам артефактора, зато являются природным усилителем наложенных на него заклинаний. Так что это настоящее искусство — подобрать такую комбинацию материала, формы, наложить такое заклинание, чтобы артефакт работал долго и правильно…

Краткая лекция по свойствам магических материалов заставила Смолина куда более серьезно задуматься обо всех сложностях, которые поджидали его на пути к созданию артефактов с требуемыми качествами. Во время одного из экспериментов используемая им в качестве конденсатора заготовка взорвалась, вызвав переполох в башне, заставивший отвлечься даже гроссмейстера. Это заставило его куда осторожнее относиться к таким экспериментам и чаще ходить к словоохотливой артефактору за консультациями. Разумеется, она не выдавала профессиональных секретов и тонкостей, зато щедро делилась со всего лишь учеником так недостающими ему основами.

Создание собственных артефактов позволило Смолину разобраться с принципом создания метрономовских "дробовиков" и защитной одежды. Становилось все яснее, что описываемые в имеющихся учебниках технологии вполне совместимы с разработками подземного комплекса, а после того, как Смолину удалось скопировать структуру "дробовика" и перенести ее в небольшое колечко, он всерьез задумался о куда более масштабных проектах.

16 квартоза 4035.

Леат-Келея сидела на неудобном трехногом табурете перед рабочим столом, но вместо работы расстроено перебирала четки. По идее они должны были помочь ей успокоиться, но, как и говорил ей учитель, самостоятельная жизнь не слишком этому способствовала.

Во время обучения у Недар-Весора она привыкла, что известный чародей и признанный мастер высоко ценил ее успехи и как-то закрывала глаза на то, что большинство магов считают женщин неспособными ни на что серьёзное, кроме как для целительства, и еще что-нибудь малозначительного. Старый, куда лучше разбирающийся в жизни артефактор, не раз отговаривал ее от свободного полета, предлагая ей остаться работать у него, но импульсивная девушка посчитала, что старик просто не хочет расставаться с такой искусной чародейкой и в один прекрасный день собрала немногие пожитки и покинула гостеприимный дом Недар-Весора. Правда, незаметно это сделать все равно не удалось, и она еще долго вспоминала грустный, но мудрый и понимающий взгляд "дедушки Недара". Единственными словами, что он сказал ей на прощание, были: "Мой дом всегда открыт для тебя, Леат".

Молодая чародейка, полная планов, мечтаний и амбиций, отправилась в Сахр'нан, в местную Гильдию артефакторов. Там ее вежливо приняли и поинтересовались, что ей, собственно, понадобилось в этом заведении. Когда она продемонстрировала свои работы, их вежливо и внимательно рассмотрели, но "к сожалению, ничего интересного или перспективного в этих разработках нет, а потому тебе лучше оставить пустые мечтания и заняться полезным делом, выйти замуж, обслуживать мужа, воспитывать детей, и, возможно, твой сын и будет способен чем-то удивить магический мир Каххара. Хотя, если ты обратишься к какому-нибудь из мастеров Гильдии, который бы захотел рискнуть своей репутацией, то, учитывая ее ученичество у столь уважаемого артефактора, как Недар-Висор, он мог бы попробовать взять ее себе в подмастерья и начать продавать её артефакты от своего лица. Конечно, в этом случае она получала бы хорошо, если четверть от прибыли, но ведь на больше она и не может рассчитывать. Хотя, конечно, это все пустой разговор, так как раз сам Недар-Висор не пожелал отставить ее у себя в подмастерьях, то, значит, это совершенно бесполезное дело. Но такие грабительские условия и откровенные оскорбления возмутили девушку и она, гордо развернувшись, покинула здание Гильдии, решив доказать этим ретроградам, что она сама способна добиться своего.

Сложности себя ждать не заставили. И первым же моментом, едва не похоронившем её амбиции, стал вопрос с продажей готовых артефактов. Плата за право творить чары в пределах города была такой высокой, что большинство мастерских располагалось в посаде, но у мастеров гильдии была возможность сбывать свои артефакты в принадлежащих ей магазинах.

Её же спасло лишь то, что учитель Недар-Весор, несмотря на то, что настойчиво отговаривал свою любимицу от отъезда в Сахр'нан, дал ей достаточно денег, чтобы она смогла пережить самые тяжелые месяцы, и то, что она, несмотря на свое упрямство, эти деньги все же взяла. Мало-помалу ей удалось создать своей мастерской репутацию места, в которое стоит зайти, несмотря на удаленность от основных торговых районов и то, что мастером является женщина. Покупатели оценили ощутимо более низкую стоимость её артефактов и их весьма высокое качество, что создало устойчивый приток клиентов и небольшую, но стабильную прибыль.

Но, как оказалось, Гильдии её деятельность пришлась совершенно не по вкусу. До недавнего времени она контролировала три четверти рынка высококачественных артефактов средней сложности, и устанавливала на нем свои правила. Еще четверть артефактов этого класса выходила из рук чародеев, не входящих в Гильдию, но полностью поддерживающих её ценовую политику, и магов-артефакторов, могущих позволить себе наплевать на устанавливаемые ею порядки.

Леат со своими дешевыми "погремушками", качеством не уступающими гильдейским, совершенно не вписывалась в эту стройную картину, так как лишала прибыли Гильдию. И если подобное еще можно было спустить магам, обучавшимся в башнях, которые нечасто появлялись со своим товаром, да и сбывали его в основном через подконтрольные Гильдии магазины, то от одиночки, да еще и женщины, подобное терпеть было нельзя. Полгода назад её заметили и в её мастерскую пришел Крам-Сегитр, один из влиятельных мастеров гильдии. Он довольно откровенно намекнул, что Гильдия не любит необоснованных убытков, которые она несёт из-за деятельности Леат-Келеи и её цен, и настоятельно 'порекомендовал' её или поднять цены до "справедливого" уровня или же перестать портить уважаемым артефакторам рынок сбыта, перейдя на более приличествующие ее уровню простейшие артефакты. Как бы ни хотела Леат избежать возможного конфликта с мастерами Гильдии, но требование повысить цену до среднего уровня выбивало её из торговли, ведь противопоставить репутации гильдейских мастеров, налаженной сети поставщиков сырья и множества магазинам готовых артефактов она могла лишь низкую стоимость. Заниматься же халтурой ей претила не только куча недоучек, занимающихся такими же простенькими артефактами, но и накрепко вбитые учителем правила, гласящими, что только постоянный рост сложности артефактов позволит ей оттачивать своё мастерство.

Уже через месяц её нежелание следовать "настоятельным рекомендациям" принесло первые плоды. Началось все с того, что некоторые поставщики сырья отказались с ней работать, или у них "неожиданно" заканчивались так необходимые для ее работы компоненты. Потом ее навестили стражники, заявившие, что у каких-то отловленных грабителей обнаружились боевые артефакты ее производства, и ей пришлось почти месяц доказывать, что она не имела к ним никакого отношения. Мастерская хирела и с каждым месяцем приносила все меньшую прибыль, Леат пришлось даже уволить обоих нанятых было помощников и заниматься всем самой. Всё чаще Леат думала о том, чтобы переехать в другой город и начать всё сначала, останавливало лишь нежелание терять пускай и немногих, но постоянных клиентов и понимание, что и на новом месте она столкнется с такой же ситуацией. А после того, как рядом с ее мастерской открылся магазин Гильдии, в котором она предлагала "для ознакомления с продукцией уважаемых мастеров" артефакты по куда более низкой цене, чем у нее, Леат поняла, что ее из этого города все равно выгонят.