– Жил в гражданском браке несколько лет, сейчас свободен, - признался он.
– Мы расстались по обоюдному согласию. И обоим стало легче: устали бороться друг с другом за лидерство. Чувств не осталось, одна борьба. Надоело.

А я бы с удовольствием подчинилась тебе во всем, - подумала я, борясь с желанием приткнуться к его крепкому плечу.

– Я не спрашиваю тебя ни о чем, сам вижу - здесь царит женское царство.

– Да, - прошелестела я.
– Чай?
– вторично спросила я.

– Нет, побегу.

– А ключи? Ой, я не могу дать тебе ключи. У меня нет запасного комплекта. Второй комплект ключей у мамы, еще один я держу на работе. Завтра его заберу и отдам тебе. Завтра вечером встретимся?

Как я злилась на свое заискивание! Но я была очарована этим мужчиной. Он, будучи от горшка два вершка, был в меня влюблен в школе, и чувства вернулись... Кажется, мечты начинают сбываться...

Спрашивается: почему раньше не мечтала? Не могла допустить мысли, что кто-то может в меня влюбиться, даже не говорю об элементарном интересе...

Всю ночь я грезила о... будущей свадьбе с Борисом Мельниковым. Примеряла на себя фамилию Мельникова. Представляла себя в свадебном платье. И чтобы платье обязательно было облегающего фасона, подчеркивало мою хорошую фигуру... Ох, какая красота, невозможно глаз отвесть!..

Утром я встала с одним желанием - позвонить маме и сказать, что я выхожу замуж. Но пока чистила зубы, принимала душ, опомнилась: Женька, а тебя кто-то звал замуж? Пока нет, но надеюсь, позовет. Наша встреча судьбоносна.

Из ванны я вышла без прежнего глупого романтизма. Окончательно скисла за чашкой кофе.

Мысленно переключилась на работу, которая всегда служит для меня допингом для оптимистического настоя. Я встала из-за стола с уверенностью - если ни Борис, то обязательно будет другой. Будет! Я созрела для отношений, я этого хочу, я не боюсь...

Пусть это будет моим девизом в ближайшем будущем. Главное - открыть глаза и увидеть мир в натуральном свете, без темных пятен...

И опять сникла: прошлое не ушло. Бабушка. Добрый понимающий человек. Как мне тебя не хватает. Грустно, грустно, грустно.

Я вышла из подъезда. Небо голубое, солнце ярко светит, цветы, травка, птички, запахи. Будем жить дальше и радоваться. Постараемся.

Как в детстве спрыгнула с крыльца и припустила к автобусной остановке.

До ветклиники путь недолгий, четыре остановки на маршрутке.

В маршрутке я размышляла над тем, каким блюдом удивить Бориса, какие продукты купить в магазине после работы. Так задумалась, что чуть не проворонила свою остановку. Выскочила, когда маршрутка уже трогалась, вдогонку получив от водителя характеристику на себя, зеваку.

Я нисколько не обиделась, сама виновата, еще и хихикнула. Хорошее настроение располагает к бездумным поступкам, тем более, когда ты опаздываешь. Я решила перебежать дорогу в неположенном месте, до положенного перехода мне еще пилить и пилить, а время поджимает. Ух, какая я бесшабашная!

И откуда взялся этот автомобиль, не пойму. Наверное, из-за угла выскочил. Но водитель показал чудеса торможения. И все равно слегка пихнул меня в бедро, я свалилась на горячий асфальт, изрезанный черными тормозными полосами, видимо, место было "злачным".

Водитель выскочил из машины и заорал:

– Ты тупица недоразвитая! Куда ты прешь?!

А бывают тупицы доразвитые?
– некстати подумала я, расположившись на проезжей части без всякого комфорта, некрасиво подогнув под себя ноги. Запоздалый страх за свою жизнь отнял все силы и забрал остатки ума. Я уже представляла себя в холодном морге, надо мной колдует опытный эскулап, а его молодой, менее опытный, коллега замечает: "Такая молодая, еще бы жить и жить"...

– Тупица! Идиотка!
– Мужик уже стоял рядом со мной и продолжал возмущаться.

– Сам ты тупица и идиот!
– вмешалась пожилая женщина в длинном пестром сарафане и соломенной шляпе с большими полями.
– Сами носятся по дорогам, как оглашенные, людей сбивают, а потом людей же и обвиняют. А ты, деточка, не двигайся, вдруг что-то себе сломала, только усугубишь проблему.

– Что ж за день такой!
– всплеснул руками водитель, покосился на тетку в шляпе и пояснил, - с самого утра день не задался.

Судя по порезу на его щеке, и впрямь, не задался.

– Посидишь в тюрьме, подумаешь о былом, осознаешь, - "успокоила" его тетка.