– Что вы им рассказали?
– с подозрением спросил он.

– Я ничего не стала им рассказывать. Я сделала все в точности так, как вы меня проинструктировали.

Мейсон внимательно посмотрел на нее, затем резко повернулся к Полу Дрейку:

– Прошу прощения, Пол, но мы вынуждены попросить тебя удалиться. Я не хочу сказать, что мы тебе не доверяем, но так уж установлено, что клиент, обсуждающий свои проблемы с адвокатом в присутствии третьего лица, теряет предусмотренное законом право считать такой разговор абсолютно конфиденциальным. На Деллу, разумеется, как на мою секретаршу, это положение не распространяется, а на тебя, к сожалению, да.

– Ну и чудесно, - сказал Дрейк.
– Может быть, я смогу хоть немного перекусить. Мне уже до чертиков надоел кофе и сэндвичи с ветчиной, которые я глотал не жуя между телефонными звонками. Я спущусь вниз и поем как человек, сидя за столом.

Дрейк вышел из комнаты.

Мейсон повернулся к Этне и миссис Кемптон.

– Садитесь, - сказал он.
– А теперь, миссис Кемптон, я хочу услышать от вас правду, чистую правду, и ничего, кроме правды.

– Но я рассказала вам правду.

Мейсон покачал головой.

– Мистер Мейсон, - воскликнула она с негодованием, - неужели вы думаете, что я могла солгать?

– Я знаю полицейских, - сказал Мейсон.
– Я знаю методы их работы. В доме не было никого, кроме вас и убитого. Вы отказались рассказывать о том, что произошло, а теперь уверяете меня, что полиция вас отпустила.

– Но так оно и есть на самом деле. Они меня отпустили. Они даже послали ко мне на квартиру человека за моей одеждой.

– То есть как это?
– спросил Мейсон.

– Ну, они сказали мне, что мою одежду необходимо отдать для тщательного лабораторного исследования, они всегда так делают в тех случаях, когда свидетель присутствовал при убийстве, и это обычная формальность. Они сказали, что, скорее всего, до завтрашнего дня я не смогу получить одежду обратно и что если мне не хочется ждать, то они могли бы послать в мою комнату сотрудницу и та принесла бы все, что мне нужно.

– И они так и сделали?

– Да.

– Вы дали им ключ от вашей квартиры?

– Он был в моем конверте - они ведь все отбирают и кладут в конверт.

– И вы подписали бумагу о том, что не возражаете, если они войдут в вашу квартиру?

– Ну да.

– И что было потом?

– Потом они привезли мою одежду. Они все были любезны до приторности. Они сказали, что сожалеют о моем вынужденном задержании, что теперь они установили, кто убил мистера Эддикса, и с меня сняты абсолютно все подозрения.

– Кто вам это сказал?

– Надзирательница.

– Что было после этого?

– Ну, - сказала она, - они спросили меня, что я собираюсь делать, и я ответила - позвонить вам.

– Когда это было?

– Сегодня рано утром.

– Продолжайте.

– Похоже, никто не знал, как вас разыскать до того, как вы придете в свой офис, но у них был домашний телефон мистера Этны. Я знала, что он уже должен был встать, и велела им позвонить ему.

– И он приехал и забрал вас?
– спросил Мейсон.

– Совершенно верно.

Мейсон взглянул на Этну. Тот кивнул.

– Прямо из камеры?
– спросил Мейсон.

– Ну, не совсем так, - уточнил Этна.
– Я встретился с ней в гараже внизу.

– В гараже?

– Да.

– В каком гараже?

– В полицейском гараже, где у них...

– Там, куда они привезли нас прошлой ночью, - перебила его миссис Кемптон.
– Вы же помните, там у них гаражная стоянка сразу за тем местом, где они нас высадили. В общем, мне не хотелось никого беспокоить, и я сказала полицейским, что просто спущусь вниз в гараж и подожду мистера Этну - чтобы он подъехал туда.

– И вы дожидались его там?

– Да, как раз на том месте, куда они привезли нас прошлой ночью - где мы вышли из машины.

Мейсон повернулся к Этне:

– Но вы ведь не могли туда проехать?

– Нет, конечно, я оставил машину снаружи и подошел к двери. Я махнул рукой, и миссис Кемптон выбежала. А что! Это имеет какое-либо значение?

– Да, именно это я и рассчитывал услышать.

– Я не улавливаю, - сказал Этна.

– Миссис Кемптон, - сказал Мейсон, - вы кое-что скрыли от нас.