Она поступила верно, сыграв на их гордости и страхе перед неприятностями, что ожидали их, если они попадутся. Они упросили Асоку поклясться, что та их не выдаст. За молчание она потребовала у них изрядное количество сладостей - единственной доступной им валюты, - после чего все разбежались. Они больше никогда об этом не упоминали, и Асока почти не сомневалась, что никто из них и не заметил этого нарушения физических законов.

После она приглядывала за Хедалой. Асока была уверена: только эта девочка в полной мере видела и поняла, что именно сделала бывший джедай. Тремя днями позже она с некоторым ужасом наблюдала, как Хедала, оставшись без присмотра старших детей, небрежно передвинула через дверной порог небольшой камешек, даже пальцем к нему не притронувшись.

Ей следовало что-то предпринять, следовало сообщить семье девочки и помочь им вывезти ее с планеты. Но она понятия не имела, как спрятать от Империи чувствительного к Силе ребенка. Ей едва удавалось скрываться самой. Так что она ничего не стала делать. Пыталась хоть что-нибудь придумать, но не смогла - или, скорее, не слишком-то и старалась.

А потом настал День Империи, и прибыло множество ее представителей. Асока могла бы остаться, могла бы дать бой, но в одиночку ей не справиться с целой Империей. Когда девочки Фарди предупредили ее и предложили путь к бегству, она воспользовалась им без колебаний. Она не вспоминала о Хедале Фарди, пока не оказалась на орбите, а там уже было слишком поздно.

Кейден сидела на ящике, расстелив на коленях карту Раады, и наблюдала за сестрой. Миара работала с партией взрывчатки более мощной, чем те заряды, которые она размещала в замках. Девушке становилось слегка не по себе при мысли о том, как легко ее сестре это дается. Ашла вышла примерно на час - по ее словам, притащить кое-что, и Миара, пользуясь случаем, собирала бомбы под требования Хобана, а не Ашлы.

– Я думаю, они хороши в сочетании, - объявила Миара, не замечая неудовольствия сестры - или же сознательно не обращая на него внимания.
– Бомбы Ашлы подходят для шарниров имперских шагоходов или запертых дверей. А заряды Хобана расчистят нам путь куда угодно.

– А что, если на этом самом пути кто-нибудь окажется?
– спросила Кейден.
– Это же все равно что выпустить на волю молотилку, только покрошит она людей, а не посевы.

Впервые Миара замешкалась. Затем ее лицо ожесточилось.

– Либо они, либо мы, - отрезала она - и то, как это прозвучало, не вязалось с ее четырнадцатью годами.
– Кейден, у нас не осталось выбора.

Девушка ничего не ответила. После вчерашней смены она битых два часа пыталась отговорить Миару от участия в плане Хобана, но безуспешно. На каждый ее аргумент сестра отвечала примером того, как кто-нибудь на Рааде помогал им, пока они не стали достаточно взрослыми, чтобы справляться самим. Кейден ощущала каждый из этих долгов словно бремя. Пока она сама не доросла до полных смен, лишь доброта и щедрость окружающих могли прокормить их с сестрой и позволили им сохранить собственный дом, который построили родители, решив обосноваться на Рааде. Ничего особенного, но Кейден нравилось готовить завтрак на плите, которой пользовался еще ее отец, и чинить стены, возведенные матерью, пусть она и не могла сравниться с ней в мастерстве строителя. Миара знала, что чувствует сестра, и впервые безжалостно использовала это против нее. К тому времени как Кейден сдалась и отправилась спать, она и сама едва не пересмотрела свое мнение. Но потом ей приснилось то, как застрелили Тибболу, - только вместо него погиб Вартан, затем Миара, затем Ашла, а самой Кейден оставалось только смотреть.

Наутро она проснулась разбитой, сомневающейся и ни на что не годной. Она не рассказала Ашле, что задумали остальные, но и Миаре тоже не особенно помогала, несмотря на сердитый взгляд сестры. Вместо этого она в основном разглядывала карту и надеялась, что никто не задаст ей вопросов, на которые ей не хотелось бы отвечать.

Первые несколько часов это неплохо работаю. Пометок им делать было нельзя, как сказала Ашла, на случай, если карта попадет не в те руки, но они обсудили, как расположены найденные тогрутой пещеры и где можно обустроить лагерь, достаточно большой для всех, кого Вартан завербовал во время совещаний в поле. Дальше Кейден оставалось только запомнить все наизусть, чем она якобы и занималась, пока Ашла отсутствовала по своим таинственным делам.

– Как думаешь, куда она пошла?
– спросила Миара.

Кейден понадеялась, что сестра пытается сменить тему, и охотно ее в этом поддержала.

– Понятия не имею, - откликнулась она и указала на карту.
– Вот это основная система пещер. Тут есть проходы и в другие, но большая их часть слишком узкая, чтобы протащить по ним снаряжение. Там едва протиснется одиночка с небольшим грузом. Возможно, она отправилась перенести что-нибудь из одной из тех пещер сюда. Мы говорили о двери - или, скорее, о чем-нибудь, чем можно слегка замаскировать проход.

– Дверь - это хорошая идея, - одобрила Миара.
– Я могла бы встроить замок, если мы ее установим.

– Еще остаются ее склады, - добавила Кейден.
– Понятно, что у нее есть собственные, поскольку ее корабль все еще где-то припрятан, но они с Сельдой подготовили один и для нас.

– Рассказала бы она нам, где ее корабль, - заметила Миара.

– Рассказала бы ты ей про бомбы, - парировала Кейден.
– Но не станешь, так что кончай жаловаться.

– Я просто не понимаю, почему она так стремится помочь нам, - пояснила Миара, вторя вчерашнему аргументу Ниры.
– Она может улететь, когда захочет.