– Так точно, товарищ генерал! – ответил Калач. Шум вокруг инцидента вскоре затих. Вячеслава Георгиевича освободили от должности, по партийной линии объявили выговор и, благодаря протекции Добрича, перевели на службу в Джанкой.

Об этой драматической истории я узнал, спустя пятнадцать лет после возвращения со службы в органах МВД в журналистику. Узнай я о ней перед тем, как сделать выбор, возможно, не стал бы менять профессию. Хотя и не жалею, ведь знания и опыт, приобретенные за четыре года работы в милиции, расширили диапазон моего литературного творчества. Кроме публицистики, лирической прозы и поэзии, я сосредоточился на создании остросюжетных, взятых из жизни, произведений: детективных романов, повестей, рассказов и судебных очерков.

До службы в милиции, активно сотрудничая с работниками правоохранительных органов: прокуратуры, милиции, суда, готовил статьи, репортажи, интервью на темы законности и правопорядка. Как правило, в немногочисленных по составу редакциях районных и городских газет, хотя и существуют отделы партий жизни, экономики, сельского хозяйства, культуры и писем, корреспонденты отличаются универсальностью, то есть умением писать статьи на любые темы и оперативностью в подготовке материалов к публикации.

Поэтому, работая заместителем редактора горрайонной газеты «Заря коммунизма» опубликовал цикл статей под рубриками «Пьянству – бой!», «Из зала суда», «На весах Фемиды», «Человек и закон» и другими. Заголовки статей «С путевкой в ЛТП», а также «А поутру они проснулись» (название позаимствовал у Василия Шукшина, написавшего одноименную повесть), их содержание привлекли внимание читателей. Очевидно, одним из них оказался начальник городского отдела внутренних дел (ГОВД) майор Калач.

К тому времени в городе произошла реорганизация горрайонного отдела внутренних дел (ГРОВД) на два самостоятельных отдела: городской и районный. Первый из них возглавил Калач, а второй – майор Скакун.

Появились вакансии на командные должности. Вячеслав Георгиевич пребывал в поисках кандидатуры на должность заместителя отдела по политико-воспитательной работе, то есть замполита. Должность номенклатурная, требующая согласования в горкоме партии и горисполкоме совета депутатов трудящихся и многие кандидатуры были по разным причинам отклонены. К тому времени я, проработав десять лет в редакциях газет «Приазовская звезда», «Слава труду» и «Заря коммунизма» в должностях от старшего литературного сотрудника до заместителя редактора, став членом Союза журналистов СССР, зарекомендовал себя умелым, перспективным журналистом.

В один из солнечных апрельских дней в кабинет уверенно вошел мужчина крепкого телосложения, широкоплечий под два метра роста. На нем плотно сидел мундир с погонами майора, на круглой голове фуражка с красным околышем и блестящей кокардой. Лицо монгольского типа слегка рябоватое, нос, как у боксера приплюснутый, волевой подбородок.

– Добрый день, Вадим Андреевич! – переступив порог, приветствовал он и представился. – Начальник городского отдела милиции Вячеслав Георгиевич Калач.

– Добрый день, товарищ майор! – отозвался я, поднявшись со стула. Еще до представления узнал в нем начальника милиции, так как наши пути нередко пересекались на совещаниях в райкоме партии, либо в горисполкоме. Калач, благодаря своей комплекции был заметной, колоритной фигурой. Его боялись не только рецидивисты, мелкая шпана, но и чиновники, у которых было рыльце в пушку. Называли «пожарной каланчой», с которой все видно,, поэтому злодеяния и аферы не скроешь.

Я обратил внимание на его почти двухметровый рост и туфли с тупыми мысами, наверное, 46-го размера. Жестом предложил ему присесть:

– Слушаю?

– Вадим Андреевич, я внимательно слежу за вашими публикациями, особенно о работе правоохранительных органов, – произнес он. – Пишите честно, толково со знанием дела. Лаконично и главное профессионально и убедительно. Я и сам в школьные годы мечтал стать журналистом, пробовал писать заметки, сочинял стишки, неплохо получалось.

Но романтика милицейской службы, навеянная кинофильмами о доблестной милиции, захватила и пересилила. Хотя до назначений на руководящие должности сотрудничал с редакциями районной и ведомственной газет, удостоился чести быть принятым в Союз журналистов СССР. Дорожу удостоверением, подписанным председателем правления Союза журналистов, главным редактором газеты «Правда» Афанасьевым и значком. Если не ошибаюсь, мы с вами коллеги?

– Не ошибаетесь, почти десять лет состою в Союзе журналистов, – признался я и не удержался. – Мечтаю вступить в Союз писателей СССР.

– Что же мешает?

– Прежде, чем обратиться с заявлением, надо издать не менее трех книг прозы или поэзии, получить положительные рецензии и рекомендации признанных писателей, – пояснил я. – Конкуренция высокая, отбор тщательный.

– Вадим Андреевич, я уверен, что служба в милиции посодействует осуществлению мечты. Предлагаю перейти на работу под наши знамена на должность замполита? Убежден, что не пожалеете, почерпнете богатый материал для творчества. Наладите сотрудничество с журналом «Советская милиция», газетой «Советский милиционер» и другими изданиями. Я знаю немало примеров, когда ранее неизвестные литераторы, благодаря службе или сотрудничеству с милицией, стали известными писателями. Те же Юлиан Семенов, Анатолий Безуглов, Юрий Кларов, братья Вайнеры…

– С творчеством у меня и сейчас нет проблем. Во время срочной службы в армии сотрудничал с редакциями газет Краснознаменного Одесского военного округа «Защитник Родины» и областной «Южная правда», с местными периодическими изданиями «Днестровская правда» и «Победа», а ныне с областными изданиями.

Вопрос в другом, смогу ли справиться с обязанностями замполита? – озадачился я его неожиданным сомнением, поначалу решив, что майор принес статью для печати или же решил дать интервью.

– Сумеете, не Боги горшки обжигают. Судя по статьям, знания у вас есть, а опыт – дело наживное.