– Чёрт возьми, Мэгги! Сколько раз я должна повторять, что это интерком, а не Си-Би рация (п.п.: сокращение от «гражданский диапазон», принятое для обозначения безлицензионной, доступной всем гражданам радиосвязи на коротких волнах)! И мне плевать, как часто канал «TBS» крутит «Смоки и Бандит». В реальной жизни никто так не говорит!

– Хватит скулить и просто ответь, как положено, – на полном серьезе произнесла она.

Я обернулась и посмотрела на Коула, который едва удерживался, чтобы не рассмеяться. Большие пальцы его рук вырисовывали замысловатые узоры на моих бедрах, мешая сосредоточиться. Я знала, что Мэгс не позволит мне сорваться с крючка, поэтому проглотила гордость и произнесла то, чего она ждала.

– Десять-четыре (п.п.: жаргон любителей-коротковолновиков). Сообщение принято.

К счастью, я успела отпустить кнопку интеркома, прежде чем Коул расхохотался.

Нахмурив лоб, я повернулась к нему.

– Ни слова, мистер! Иначе я заставлю тебя сидеть вместе с Мэгс на очередном марафоне фильмов о дальнобойщиках. Я не шучу. Она хочет, чтобы в эту субботу мы провели целый день в зоне отдыха для водителей большегрузов. И я отправлю тебя вместе с ней, если ты не перестанешь смеяться.

Согнувшись пополам, Коул заливался хохотом и отфыркивался.

 «Он фыркал, правда?»

Наконец, поймав дыхание, он сумел произнести:

– Мэгги выглядит такой серьезной и профессиональной, а ты говоришь, что она западает на дальнобойщиков? Не думаю, что поверю в это.

– О, да, она очень серьезная и профессиональная на работе, но вне ее она просто пучок концентрированной энергии, а еще одержимая фанатка, которая отдает своему увлечению всю себя. В прошлом году это были супергерои, - ни за что на свете больше не посещу ни один комик-кон, - а в этом дальнобойщики. Мы просмотрели все существующие фильмы и сериалы. Она даже купила себе чертову Си-Би рацию! И теперь хочет, чтобы мы посетили стоянку большегрузов, чтобы увидеть их вживую.
– Я тяжело вздохнула.

Коул улыбнулся, излучая спокойную уверенность.

– Как насчет того, чтобы провести день со мной?

«Интересно, он может услышать, как скрипят, поворачиваясь, колесики в моей голове?»

– Э-э… я не знаю. Ты мой подчиненный и, наверное, это не такая уж хорошая идея, – заметив, что его улыбка пропала, а во взгляде засквозило разочарование, я быстро исправилась: – Конечно, я очень хочу провести с тобой день. И, возможно, нам так и стоит поступить, чтобы в будущем во время работы мы могли держать руки при себе.

– Понятно. Значит, мне не следует делать это? – Коул провел тыльной стороной ладони вниз по моей щеке вдоль горла и остановился в сантиметре от груди.

Я сглотнула. Громко.

– Ну, может быть, нам не стоит спешить. – Неумолимая решимость придерживаться правил снова ускользнула от меня.
– По крайней мере, пока мы что-нибудь не придумаем.

– Это кажется разумным, - пробормотал Коул, нежно пощипывая губами кожу моей шеи.
– Мы, определенно, не должны прикасаться друг к другу, пока не решим эту проблему.

Сняв с меня блейзер, он бросил его на пол и приступил к блузке. Я последовала его примеру и даже зашла чуть дальше, когда сняла с Коула не только пиджак и галстук, но и расстегнула все до единой пуговицы на рубашке.

– Я имею в виду, что мы должны вести себя профессионально, по крайней мере, в рабочие часы…

Я задохнулась и прикусила плечо Коула, когда он сжал сосок через кружево бюстгальтера.

– Не могу не согласиться. Строго профессионально, - пробормотал Коул где-то в районе моей груди.
– Малышка, ты надела этот бюстгальтер для меня? – спросил он и, сдвинув вниз одну чашечку, вобрал сосок в рот.

Моя нога цеплялась за Коула, словно гибкий хвост, притягивая ближе к себе. Мы оба проигнорировали клацанье степлера, когда Коул резко задвигал бедрами, подталкивая меня дальше по столу.

– Может быть… О, да, здесь! Может быть, если мы постараемся держать руки при себе… Ах, сильнее! …по крайней мере до ланча… Черт! Дуайт Д. Эйзенхауэр!

– Вот и все, Сиси, отпусти, - пробормотал Коул, доводя меня до оргазма через два слоя наших брюк.
– Я так хочу взять тебя сейчас прямо на этом столе.