– Расскажи мне о своих родителях, - попросила я.

– Сейчас я не хочу говорить о родителях, - ответил Коул с непроницаемым выражением лица.

– Почему?

– Потому что, единственное, о чем могу думать – это как сорвать с тебя платье.

«Ого!»

Я чуть не перевернула кофейный столик, когда забиралась к Коулу на колени, и так резво оседлала его бедра, что не подумала поднять платье, и оно разорвалось по шву с одного бока.

– Это прекрасное платье, - прорычал Коул. Его зрачки были настолько расширены, что глаза казались почти черными.
– Но мне нужно удалить его с тебя прямо сейчас.

Он резко дернул его вверх, игнорируя молнию, чем увеличил разрыв.

– Я куплю тебе новое.

Охваченная тем же желанием, я быстро сняла с него галстук, затем попыталась сорвать рубашку, как в фильмах. Увы, это не сработало, – возможно, потому что рубашки Коула были не фабричного, а ручного пошива, – и мне пришлось расстегивать каждую пуговицу.

Сам же Коул, не теряя времени даром, мастерски справился с крючками на моем бюстгальтере и отбросил его на пол. Я издала странный звук, когда он сжал пальцами мой правый сосок, а затем обратил внимание на левый и прикусил его зубами, посылая ударные волны желания по моему телу. Однако мои регионы южнее экватора начали ощущать жжение иного рода.

– Постель! Сейчас!

Коул быстро встал на ноги и, поддерживая меня под задницу, понес в спальню.

Я не успела заметить, как он снял с меня трусики, как и то, как он остался без одежды. Все, что я видела – его взгляд: голодный и нуждающийся. Возбужденный член Коула скользнул по моей безволосой насыпи, когда он, проползя по кровати, навис надо мной.

– Прости, Сиси, я действительно хотел сделать этот вечер романтичным, обладать тобой медленно и нежно, но я часами смотрел на тебя в этом адски сексуальном платье и думал только о том, насколько сильно хочу тебя.

– Я тоже очень хочу тебя, Коул.
– Я дернула бедрами, чтобы подтвердить свои слова, но мне тут же напомнили, насколько чувствительной была область между ними.

– Э-э… ранее произошел несчастный случай и мне нужно избегать любых контактов с данной областью. Я… э-э… извини.

Коул насторожился.

– С тобой все в порядке?

– Да, - выдохнула я, вспоминая о недавней экзекуции.
– Просто я не хочу нанести непоправимый ущерб своему «нежному лепестку». Он мне еще понадобится.

– Это точно.
– Коул нежно обхватил меня за бедра и перевернул.
– Вставай на колени и хватайся за спинку кровати.

«О, да, черт побери!»

Мне не нужно было повторять дважды.

Коул наклонился, обхватил мои волосы ладонью и потянул, приподнимая мою голову, а затем скользнул губами вдоль моей шеи до уха и прошептал:

– Давай разбудим соседей.

Он резко проник в меня, заставляя удовлетворённо вскрикнуть от полноты ощущения. Одной рукой придерживая мои бедра, а другой мои волосы, он начал двигаться, отступая и вновь погружаясь в меня. И хотя мы только начали, я сразу почувствовала, что нахожусь на грани оргазма.

Хватка Коула на моем бедре усилилась, когда мои стоны стали громче, и спустя еще два толчка я упала за грань.

– Уильям Говард Тафт (п.п.: 27-й президент США)!

Коул не замедлился ни на мгновение, и даже наоборот увеличил темп.

– Мне нравится доводить тебя до оргазма, Сиси, - порывисто прошептал он мне на ухо.
– Но мне так же понравится услышать, как ты кричишь мое имя. Думаешь, сможешь это сделать?

Пусть мой мозг все еще пребывал в посторгазменной дымке, я не сомневалась, что могу принять вызов.

– Да, Коул. Пожалуйста, не останавливайся, - простонала я между вдохами.