А вот к Кате я бы заглянула, да топать далеко. Пусть я в таком виде и не чувствую усталости...

Додумать я банально не успела. Калейдоскоп красок закрутился вокруг меня, утаскивая куда-то за собой. А уже через мгновение я стояла на тёмной кухне в доме кузнеца Морена.

Вот это поворот!

Из комнаты слышалось тихое сопение дриады и раскатистый храп её «почти мужа». А за окном одноэтажного домика бушевала стихия, силясь разбудить парочку.

Стеснять мне их совершенно не хотелось, так же как и подглядывать. Потому, потоптавшись на кухне, я уцепилась за следующую назойливую мысль. В тот момент она мне казалась странной и практически невыполнимой. Но если мне удалось переместиться к названой сестре, то и к кровным родственникам мне тоже попасть удастся.

Я зажмурилась, представляя свой многоэтажный дом, подъезд, спрятанный за высокими зелёными деревьями, комнату, в которой прожила всю жизнь, и, как ни странно, Роберта.

Вот не знаю, какая из мыслей оказалась действенной, надеюсь, что не о собаке, но когда я открыла глаза, то обнаружила себя в родной квартире.

Я села прямо там, где стояла.

Моя родная уютная комната тонула в вечернем полумраке, где-то невдалеке работал телевизор, лаяла долбанная псина. А я не могла встать на ноги и выйти из комнаты, по щекам текли слезы радости.

Я дома! Я действительно дома! Так вот от чего защищал меня артефакт! Он не защищал, он просто не пускал меня домой!

Собравшись с силами, я встала с пола и вышла в коридор, пройдя сквозь тонкую светлую дверь. На кухне горел свет, работал телевизор.

Затаив дыхание, повернула налево и двинулась на звук. В тот момент я очень сильно боялась того, что все это окажется сном. Что все это лишь подстава от моего мозга. Я правда этого очень сильно боялась.

Но коридор закончился кухней и в поле моего зрения показался отец, сидящий за столом и откусывающий кусок от отбивной. Рядом на телеэкране дикторша в светлой практически прозрачной блузке рассказывала прогноз погоды на завтра.

Я не сразу услышала шаги, а когда поняла, что это за звук, не успела отпрянуть. Но маме, идущей на кухню, я совершенно не помешала. Она прошла сквозь меня с едва уловимой щекоткой.

Светлые длинные волосы она заплела на ночь в тугую косу, поверх пижамы был накинут длинный шелковый халат, который ей подарил отец на одну из годовщин, а в руках мама несла пустую чашку.

– Вов, ты спать скоро?
– сполоснув чашку в рукомойнике, уточнила она.

– Да-да, сейчас, - отмахнулся от неё отец, вслушиваясь в то, что говорили по телевизору.

– Мне вчера опять сон снился, - призналась мама.

– Какой на этот раз?
– недовольно отозвался папа, отрываясь от «ящика».

– Будто у меня есть дочь, - тихо ответила она.
– Будто у нас она есть. А потом она пропадает, и ты отказываешься её искать. Мне было так плохо в том сне.

– Ну что ты чушь придумываешь, - отмахнулся он.
– Ну какая дочь? Тебе Женьки мало что ли?

Я слушала этот диалог и не могла поверить своим ушам. Они меня не помнят? Они меня не помнят! Как такое, вообще, могло произойти? Я думала, что отец все ноги сбил, пытаясь отыскать меня, поднял всех знакомых. А он, оказывается, просто не помнит обо мне.

Принять эту весть было очень сложно, и я прослушала несколько фраз, брошенных мамой.

– А какого черта ты лазишь по моему телефону?
– отец уже стоял на ногах и кричал.
– Какое ты имеешь на это право?

– Я твоя жена!
– кричала в ответ мама.
– А у тебя там телка моложе меня в два раза, оказывается, на стороне есть!

– Есть! И радуйся, что я все ещё тут, а не с ней!

С каждым мгновением происходящее становилось все сюрреалистичнее и неправильнее. Мне теперь очень хотелось думать о том, что все это сон, и этого всего на самом деле не существует.

– Завтра я подаю на развод!

Эти слова от самой родной женщины ударили меня похлеще пощёчины, похлеще удара под дых, которому меня учил папа.

– Делай что хочешь!
– отмахнулся отец, и прошёл сквозь меня в сторону комнаты.

Мама тихо опустилась на стул, прикрыла руками лицо и зарыдала. А сквозь всхлипы я услышала всего несколько фраз:

– Это все из-за этих снов. У меня никогда не было дочери, я просто схожу с ума.

Мне хотелось подскочить к ней, обнять за плечи, уверить, что я тут и я существую. Но что-то не пускало. Будто я была сторонним наблюдателем.

Надо возвращаться домой как можно быстрее. Время тут не стоит, а меня просто стерли из памяти близких людей. Нет! Так не должно быть! Я должна быть тут, а не там. Здесь мой дом!

Вспышка яркого белого света ударила по глазам, словно очередная молния пронзила пространство.

Проведя рукой по лицу, я постаралась прийти в себя, увиденное до сих пор стояло перед глазами. По щекам текли слезы, и мне совершенно не хотелось их сдерживать.

А потом откуда-то сбоку послышались тяжёлые шаги и стук.