Эмбер мгновенно села и начала оглядывать комнату. Ее взгляд задержался на маленьком черном силуэте, растянувшемся на кровати у ее ног. Девушка вздохнула и опустила голову с улыбкой облегчения. Не шелохнувшись, кот открыл глаза, и его изумрудный взгляд лег на сонную императрицу.

— Я это, я, — пропел бархатный голос.

Эмбер широко улыбнулась и перекатилась вперед, вытягиваясь возле кота. Она мягко провела рукой по его загривку и проскользнула пальцами по черному силуэту, то ли убеждаясь, что ей все это не мерещится, то ли проверяя, все ли с ним в порядке, цел ли он.

— Широ, — прошептала девушка, — ты вернулся.

— Конечно я вернулся, — вибрирующим голосом отозвался кот и, зевая, начал потягиваться. — Даже не представляешь, как я устал.

Эмбер кивнула. Все вопросы потом — он все обязательно расскажет утром. Девушка лишь потянулась к коту и тихонько прижалась лицом к его мягкой шелковистой шерсти. Под этой тонкой бархатной шкуркой билось свирепое сердце демона. Ее демона. Она откинулась обратно на подушки и облегченно вздохнула. Теперь можно спать спокойно — все дома.

Юная императрица бросила взгляд на распахнутое окно. Широ всегда оставлял его открытым. Ее самодовольному спутнику совершенно не нужно было открытое окно, ведь он был демоном и мог пройти сквозь него. Но кот все равно с парадоксальной настойчивостью продолжал оставлять открытым злосчастное окно. Иногда казалось, что он делает это просто назло.

Эмбер усмехнулась и не стала вставать — пусть остается открытым. Девушка натянула повыше одеяло и начала засыпать под запах безудержной свободы ветра.

Хакерский взлом Сивиллы — искусственного разума, приглядывающего за планетой, стал катализатором, ускорившим политические события. Императрица Эмбер приняла решение лично посетить Восточные земли, дабы совместно с императором Юкихито оценить масштабы нанесенного ущерба и обсудить детали планируемого альянса.

Шаттл Центральной империи сверкнул в лучах рассветного солнца и мягко опустился на взлетную площадку императорского дворца Восточных земель. Не заставив делегацию встречающих долго ждать, трап шаттла с шипением опустился. Первыми с трапа сошли три охранника, возглавляемые статным молодым человеком с идеальной выправкой. Легкий утренний ветерок взъерошил его темные волосы, и Юкихито сразу узнал гвардейца: эйдетическая память не подводила императора, он изучил всех приближенных императрицы Эмбер Морриган. Хак — начальник охраны Ее Величества императрицы Эмбер, с бесстрастным лицом окинул взглядом всю посадочную платформу, после чего подал легкий знак, и на трапе появилась она — императрица. Ее темно-янтарные волнистые волосы вспыхнули яркими языками пламени в лучах восходящего солнца. Уверенно подняв голову, императрица твердым шагом сошла с трапа и направилась к делегации. Юкихито не медля вышел на встречу венценосной гостье и вежливо поклонился. В ответ императрица автоматически вытянула руку, аккуратно сгруппировав пальцы в грациозном жесте.

— Ваше Величество, — с мягкой улыбкой произнес Юкихито и едва заметно коснулся губами пальцев императрицы. — Для меня большая честь приветствовать Вас в Восточных землях.

— Благодарю Вас за оказанную мне честь, — императрица блеснула ярко-хризолитовыми глазами и едва заметно наклонила голову.

— Мне очень жаль, что первая наша встреча вызвана столь печальными событиями, — продолжил Юкихито. — Надеюсь, подобное вопиющее нарушение безопасности не отбросит тень на наши предстоящие переговоры, — грациозным жестом император предложил проследовать во дворец.

— Такова судьба всех правителей, — стальным тоном ответила Эмбер и проследовала вслед за жестом императора. — Нам повсеместно приходится решать важные вопросы и принимать непростые решения, отражающиеся на судьбе страны и всех ее жителей. Управление страной никогда не было детской забавой.

Юкихито еле заметно вздохнул. Императрица конечно же права, но все равно в ее присутствии императору было не по себе: он чувствовал себя как школьник, которого отчитывала суровая учительница. Ее лицо было столь прекрасно, что растопило бы лед в любом сердце, но от ее собственной ледяной выдержки Юкихито пробирал озноб. К тому же он прекрасно знал, что ее внешний вид скорее всего является результатом чар Заклинательницы разума, и в действительности императрица не просто может выглядеть как угодно, но и быть, к примеру, в два раза старше, нежели выглядит.

Но сейчас способности императрицы беспокоили императора Восточных земель в совершенно другом их проявлении: Заклинательница могла заставить его сделать все что угодно, стоит ей только захотеть. И лишь агрессивная прямота императрицы Эмбер давала Юкихито небольшую надежду, что действовать исподтишка, используя контроль разума, императрица не станет.

— Мы приготовили для Вас наши лучшие апартаменты, Ваше Величество, — продолжил Юки, желая сменить тему. — Вы сможете освежиться и отдохнуть после дороги, — дождавшись утвердительного кивка императрицы, он все-таки осмелился продолжить. — Несмотря на важность нашей встречи, я предложил бы легкую трапезу перед началом переговоров.

— Благодарю, император Юкихито, — официальным тоном ответила императрица. — Было бы крайне невежливо с моей стороны отказаться от столь любезного предложения, — Эмбер учтиво наклонила голову в сторону императора и заметила легкую улыбку облегчения на его безупречных губах.

Гостевые покои императрицы были действительно впечатляющими, даже вид из окна на зеленый сад, подчеркивающий все исторические традиции Восточных земель, не мог оставить равнодушным. Император действительно позаботился о том, чтобы его высокопоставленной гостье было комфортно. Император. Эмбер слегка прикусила губу. Она миллион раз видела его фотографии и видео-записи с его выступлений, но когда Юкихито предстал перед ней вживую, дыхание неконтролируемо перехватило. Императрица раздраженно встряхнула головой, пытаясь прогнать столь неуместные мысли. В конце-концов, она не станет уподобляться толпе восторженных поклонниц, томно вздыхающих от одного его взгляда — это просто нелепо и совершенно не подобает главе Центральной империи. Для нее не составит никакого труда прогнать все эти абсолютно неуместные девичьи чувства, ведь она — императрица, и в ее планы подобные сахарные сопли однозначно не входят.