– Все сделала?

– Ага, – я расстроилась, что ни чего так и не увидела, – и пошла на ужин.

И, пожелав приятного вечера своему работодателю, покинула библиотеку.

На входе в столовую мне встретились Саша и Ден с полными пакетами.

– Оу, вы уже поели?

– Нет еще, – загадочно улыбнулась подруга, – только собираемся.

Она указала на пакеты в их руках и доверительным шепотом мне сообщила:

– У нас романтический ужин будет.

В отличие от словоохотливой девушки Ден молчал и лишь все больше краснел, поэтому я не стала задавать лишних вопросов и пошла к раздаче. И почти весь ужин провела в одиночестве. Только когда я уже допивала чай, ко мне присоединилась запыхавшаяся Латта.

– Где пропадала? Опять Джер зверствует?

Мне представился отличный случай все выведать без лишних ушей, и я не стала упускать такой возможности.

– Нет, – махнула рукой демоница и продолжила расставлять на столе тарелки с едой, – у нас был зачет по маскировке, пришлось задержаться.

– Сдала?

– Конечно! А Джер…он вообще в последнее время лапочка. И за эту неделю даже ни разу голоса на меня не повысил, а уж о наказании даже не заикался.

– Вот как, – сделал я удивленные глаза, – что это он?

– Не знаю. Наверно ему наконец надоело надо мной издеваться. – Пожала плечами подруга.

– Может он влюбился в тебя?

Латта поперхнулась пюре и, откашлявшись, просипела:

– Ева, не шути больше так. Поверь мне, даже если бы я осталась последней женщиной в мире, то он не взглянул бы в мою сторону.

– А ты в его?

Девушка неспешно прожевала, проглотила, отложила вилку и подперла рукой подбородок:

– А знаешь, возможно. Он же в прицепе не плохой и очень даже симпатичный, а тело у него м-м-м… – демоница на несколько секунд выпала из реальности, – но его вредность отталкивает напрочь.

– Когда это ты успела его тело рассмотреть?

– Ну, это, – щеки Латты вдруг заалели, – помнишь, я рассказывала, как оказалась в его комнате на первом курсе? – я кивнула. – Вот тогда и рассмотрела.

– В общем, как мужчина он тебе нравится? – уточнила я.

– Ева, что за вопросы такие? Ты странная какая-то. – Прищурилась демоница и в упор посмотрела на меня.

– Не одним вам с Сашей меня в краску вгонять. – Ухмыльнулась и поспешила перевести тему, – а где Хош?

– Наказание отрабатывает. – Хихикнула Латта.

– За что в этот раз?

– Он одногруппнику на занятиях в зелье от диареи подсыпал порошок сушенных корней болотной Риксы.

– И? Тот настучал?

– Нет, все бы ни чего, да его попробовал Джер. – Девушка заливисто рассмеялась.

Ой, вот Хош попал! Ведь корни болотной Риксы полностью меняют эффект зелья. То есть вместо зелья от диареи получилось зелье для очистки кишечника.

М-да, и в этом весь брат Латты.

– А наша сладкая парочка где? – задала встречный вопрос демоница.

– У них романтический вечер с ужином, свечами и всем остальным.–Улыбнулась я.

– М-м-м, а Ден не промах.

– Да, и я рада. Пусть хоть у них с личной жизнью будет все хорошо.

Повздыхав некоторое время от белой зависти к друзьям, мы с Латтой распрощались и разбежались по комнатам.

А вот следующий день я запомнила плохо, так как все мои мысли сосредоточились на рецепте антидота, и думать ни о чем другом я не могла, да и не получалось. А если и пыталась, то все равно плавно переходила на зелье и его ингредиенты.

Занятия начинались, завершались, я что-то кому-то отвечала, чем-то занималась, что-то записывала, но если кто-то спросит, чем и что именно – не отвечу, даже если сильно захочу.

Хотя вру. Был один интересненький момент, который смог на непродолжительное время выдернуть меня из нелегких размышлений.

Последним занятием у нас шла история. Комирити, как обычно, грациозно вплыла в аудиторию и, не как обычно, вместо приветствия прошла к своему столу и положила на него большой букет очень красивых и ароматных роз. И все бы ни чего, но именно этот букет я видела вчера у Тото на столе! Только тогда я внимания на него не обратила. И вон та записочка на желтой бумаге выглядит очень знакомо.

Вот так новости!

– Ах, ты Дон Жуан клыкастый! – ухмыльнулась я.

– Ты это о ком? – заинтересовался Ден.

– Об одном клыкастом Дон Жуане.

Еще больше запутала я друга, но и сказать большего ему не могла – это не моя тайна.

И мой день вновь слился в череду событий, которые мой мозг напрочь отказался запоминать, постоянно напоминая о нависшей над командой боевого факультета беде и заставляя меня думать только над ее решением.

А после была столовая, друзья, пытавшиеся вызвать меня на разговор и вскоре отступившиеся от этого бессмысленного занятия, и еда без вкуса.