В кольцевой стене есть еще ниши, некоторые из которых закрываются. Например, есть углубление, куда можно ссыпать зерно, принесенное путниками в мешочках. Соседний проем раздает зерно: расстилаешь квадратик материи, и Дилт высыпает на него дневную норму. Завязываешь узелок и бросаешь его в следующее окошко. Туда же кладешь узелки с зерном, принесенные из других мест. Из этого же проема нам выдают нашу дневную норму зерна. Зачем такие сложности - не пойму.

Молоко Дилта наливается из специального соска: подставляешь открытый бурдючок, нажимаешь на стену, как на большую кнопку, и емкость наполняется. Бурдючки с жидкостью нужно убирать в одно окошко, а для еды нам их выдают в соседнем проеме. Опять непонятные условия. Или молоко должно выстояться в бурдючке?

* * *

Золаа высока и стройна, у нее смуглая кожа, черные вьющиеся волосы и милое личико. Как и все женщины, живущие в Дилте, красотка обожает секс, а также очень любит поговорить. Эти два занятия она легко совмещает, чем поначалу изрядно удивляла меня. Вот и сейчас женщина, оседлав меня, энергично двигается и рассказывает о различиях в нравах ее страны и соседнего государства, в котором когда-то жила Таа.

Я чувствую приближение апогея. Дыхание Золаа участилось, речь стала прерывистой, но она упрямо продолжает болтать. Я пытаюсь понять, о чем идет речь, но у меня почти ничего не получается.

Долгий стон обрывает повествование, женщина награждает меня сочным поцелуем, ложится рядом и вновь начинает говорить:

– Этот путник жил на Ирте, там попал в тюрьму. Оттуда он сбежал, заблудился в лесу, почти умер от голода, но оказался здесь. В покинутом месте у него была только одна женщина, потом он жил в круглом зале с одним входом и одним выходом. Путником служит дней двести... В Бабуре мужчины и женщины не целуются - я говорила Таа, что это глупость. Знаешь, что она ответила? Что сможет поцеловать единственного мужчину - его зовут Ванечка.

Золаа часто меняет тему разговора, перескакивая с одного на другое. По-моему, она не может долго говорить о чем-то одном. Часто смуглая красавица несет откровенную чушь, но я продолжаю внимательно слушать, чтобы из ее болтовни извлечь необходимую информацию. Какую? Я хочу знать, как устроено огромное существо, называемое Дилтом. Есть желание предугадать свое будущее, хоть немного подготовиться - может, я смогу что-то изменить.

Главный источник информации - путники, но я с ними общаюсь очень мало. Вот и приходится действовать через женщин.

Думаю, Золаа больше сама рассказывает мужчинам, чем пытается что-то узнать у них. Со мной она ведет себя именно так. Кажется, я знаю почти все о ее жизни и многое о стране, из которой она попала сюда.

Золаа выросла в семье столичного купца и неплохо устроила свою судьбу, выйдя замуж за высокопоставленного чиновника. Четвертая жена не главная в семье, но такое положение вполне устраивало молоденькую женщину: легкая работа по хозяйству, прогулки, развлечения, общение с другими женами - занятия необременительные и приносящие удовольствие.

Увы, правитель прогневался на мужа и решил без затей отрубить голову проштрафившемуся чиновнику. Последнее, что помнит Золаа из прежней жизни - стражники, врывающиеся в дом.

Теперь эта любительница поговорить находится на Дилте и в Дилте. Именно болтовня Золаа заставила меня призадуматься и начать целенаправленно собирать информацию.

* * *

На Земле мелкие населенные пункты часто располагаются вдоль больших дорог. Чтобы попасть в определенную деревню, путник обязательно должен пройти мимо соседнего селения, ведь другой дороги обычно нет. Я считал, что так же обстоят дела и здесь: все, кто попадает в наш узел через вход, приходят из одного и того же узла. Мне пришлось не раз пройти по такому маршруту, и это не оставляло места для сомнений.

Признаться, я не всегда вникал в беспорядочные рассказы Золаа, но в этот раз слушал внимательно, и как выяснилось, не зря.

– Сегодняшние путники пришли из того места, где мотают нитки, а вчерашние - из дома, где делают материю, - поведала Золаа.

Я уже знал, что нити, которые использовали для шитья бурдючков и одежды, производит сам Дилт, только сматывать их в клубки приходится людям. Слышал я и то, что материал, идущий на узелки и одежду, также рождается в организме огромного существа. А вот то, что путники, попадающие к нам через один и тот же вход, идут из разных мест, не приходило мне в голову.

Ночь началась недавно, и Золаа была первой из женщин, с которыми мне предстояло заняться сексом. Мы только что вошли в ее спальню, по дороге она несколькими прикосновениями возбудила меня, и ничто, кроме женских прелестей, меня в том момент не интересовало. Чуть позже я пытался расспросить Золаа, но не смог, потому что она непрерывно разговаривала.

Следующей была Ирина, и с ней я поделился сомнениями.

– Какая разница?
– удивилась она.

– Сколько времени занимает дорога от узла до узла?
– вопросом на вопрос ответил я.