Я уткнулась лицом в подушку и впервые за долгие месяцы расплакалась.

Когда утром я зашла на кухню, он был сдержан и пил из большой кружки, указав жестом, что я могу воспользоваться кофе-машиной на шкафчике.

В неловком молчании я приготовила себе кофе, не зная, что сказать.

– Я не ожидал компании. У меня нет сливок.

– Все в порядке.

Он толкнул в мою сторону лист бумаги.

– Я написал твое заявление об уходе.

Я нахмурилась, подняв и прочитав текст, все было написано коротко и ясно.

– Не думаешь, что я могла бы и сама написать?

– Я хотел убедиться, чтобы все было лаконично, так как не хочу, чтобы ты вдавалась в подробности о причинах ухода.

– Я не понимаю, – покачала головой.

– Что? А теперь что ты не понимаешь? – он провел рукой по своему затылку.

– Если ты не доверяешь мне настолько, чтобы я сама написала заявление об уходе, то как собираешься доверить мне изображать будто мы… – слово застряло у меня в горле, – любовники?

– Единственное, что я точно знаю в отношении тебя, Кэтрин, это то, что ты усердно работаешь. Ты хорошо справишься с работой, потому что так оно и есть. Ты любишь угождать. И будешь все делать именно так, как мне нужно, чтобы ты делала, потому что хочешь заслужить те деньги, что тебе платят.

Он взял свой портфель.

– Я отправляюсь в офис. На столике в коридоре запасной ключ и пропуск в здание. Твое имя уже добавлено в список арендаторов, и консьержи не будут тебе досаждать. На всякий случай тебе все же следует познакомиться с ними.

– Как… каким образом ты все это успел? На часах еще даже нет восьми.

– Я вхожу в правление и получаю то, что хочу. Согласно записям, ты живешь здесь уже три месяца. Хочу, чтобы твое заявление об уходе было у меня в руке сразу после обеда, тогда же ты и покинешь офис. Я попросил доставить в мой кабинет несколько коробок для документов. У меня немного личных вещей, но сегодня утром ты можешь помочь мне их собрать и добавь в коробки свои. Я принесу все сюда.

– У меня не особо много вещей в офисе.

– Отлично.

– Зачем ты собираешься? Ведь тебя еще не уволили.

Он засветился улыбкой, одной из тех, что не несла в себе теплоты, из тех, от которых человеку, которому она предназначалась становилось крайне неуютно.

– Я решил уволиться. Это взбесит Дэвида и покажет Грехаму насколько я серьезен. Я приму твое увольнение и в три часа передам оба заявления Дэвиду. Жаль, что к тому времени как начнется шоу, ты уже уйдешь, но по возвращению домой я расскажу тебе все в мельчайших подробностях.

Я изумленно уставилась на него и не могла оторваться.

– Тебе нравится итальянская кухня? – он задал вопрос так небрежно, будто только что не произвел очередной эффект разорвавшейся бомбы.

– Эм, да.

– Замечательно. Я закажу ужин к шести, и мы можем провести вечер за беседой. А завтра с утра ты отправишься по магазинам, чтобы купить подходящий наряд для барбекю, также я записал тебя на макияж и прическу. Хочу, чтобы ты выглядела соответствующе.

Он развернулся на каблуках.

– Увидимся в офисе, – после чего раздался смех, от которого меня пробрала дрожь. – Душенька.

Когда дверь за ним закрылась, я присела на стул, чувствуя головокружение.

На что я согласилась?

Глава десятая

КЭТРИН

УТРО ДЛЯ МЕНЯ БЫЛО НАПРЯЖЕННЫМ – даже Ричард это почувствовал. У него было мало личных вещей в кабинете, но я помогла ему сложить несколько наград, книг и парочку сорочек, которые он держал под рукой на экстренный случай. Я покачала головой, когда положила очередную, проведя пальцем по рукаву. Все его рубашки были сшиты на заказ, а на манжетах вышиты его инициалы «РВР» – в стиле декадентства, который только он мог воплотить. Его вещи уместились всего в двух коробках для документов. Его кабинет был таким же безликим, как и кондо. Оглядевшись по сторонам, я поняла, что они не особо отличались. Никто бы не заметил, если специально не приглядываться.

Внимание привлекла маленькая скульптура, и я потянулась, снимая ее с полки.

– Ричард, хочешь это забрать?

Он внимательно посмотрел на статуэтку, но прежде чем успел ответить, распахнулась дверь и в его кабинет зашел Дэвид. Он становился как вкопанный, уставившись на нас: Ричарда, который прислонился к столу, держа в руке свое заявление об уходе, и меня, стоящую со статуэткой у открытой коробки. Лицо Дэвида было похоже на грозовую тучу.

– Какого хрена здесь происходит?