Шрифт:
– А как же мама? – спросил Илья. Он ещё не до конца поверил в происходящее. – Она же точно будет против!
– С мамой ситуация особая, – после короткой паузы ответил Чесноков. – Она, хоть и непосвящённый, но член нашей семьи. Законы говорящих она должна соблюдать, даже если не знает о них. По этой причине все воспоминания о тебе будут стёрты из её памяти.
Господи... отец, какая ты всё-таки мразь! Даже на святое покусился, на маму! И хоть виделся с ней Илья в последнее время редко – она была очень занятым человеком, как и отец – но всё равно... мама оставалась мамой.
Впрочем, есть ещё один весьма важный вопрос, требующий уточнения.
– А что с Таней? – спросил Илья, уже практически потеряв всякую надежду.
– Ты проиграл дуэль. Она умрёт, – равнодушно сказал Чесноков.
Вот и всё. Илья ничего не сумел. Никого не спас. Не сохранил то, что имел. Лишь жизнь осталась при нём, да и то его заслуги в этом не было ни малейшей. Какой-то дурацкий купидон и стечение обстоятельств.
Щелчок пальцами, и яркая вспышка на секунду ослепила Илью...
– Что ж, Фубуки, Торвальд, – сказал Парацельс, глядя сквозь пространство куда-то в необозримые дали. – Ваше общество было нам очень приятно, но пришло время отправляться домой. Торвальд, помни то, что я тебе сказал. Сделай это сразу, как только вернёшься в своё тело. А то распространишь алкогольное излучение, а обвинят потом во всём меня...
– Как? Уже? – возмутился Торвальд. Носок, вернее, его образ, пристроился на подлокотнике кресла и чувствовал себя преотлично. Общество архимага понравилось ему настолько, что никуда уходить он уже не хотел.
– Ах, я снова увижу, мастера... – Фубуки, для которой Парацельс наколдовал отдельное кресло, мечтательно закатила глаза. – Но примет ли он меня? Ведь после смерти я уже немного не такая, какой была раньше...
– Время на исходе, – напомнил им Парацельс. – Вы нужны там своему шефу, мастеру, хозяину или как вы там его ещё называете...
– Да-да-да, – закивала Фубуки. – Уважаемый Парацельс, мы безмерно благодарны вам за помощь, но не могли бы вы вернуть нас домой?
– Да не вопрос, – Парацельс взмахнул рукой и Фубуки и Торвальд исчезли. – Может, ещё свидимся, и вы расскажете, чем же там у вас закончилось...
Геренд большей частью наблюдал за разговором волшебника и двух странных пришельцев молча.
– Ты же что-то сделал с этой странное девушкой, верно? – спросил он Парацельса. – Я умею замечать такие вещи.
– Да, – кивнул Парацельс. – Она – существо с душой, аналогичной человеческой. Её искусственно создали для выполнения неких обязанностей. На неё наложили ограничение и условия, в частности она должна была испытывать сильную симпатию к одному человеку. Я взял на себя смелость убрать все эти ограничения и дать ей полную свободу.
– Ты уверен, что это правильно? – спросил Геренд и покачал головой. В его глазах ясно читалось осуждение.
– Нет, – покачал головой Парацельс. – Возможно, я даже сделал глупость. Но... мне не по нраву, когда такая милая девушка у кого-то в рабстве.
– Понятно. Так, Парц, это, безусловно, замечательно, что ты занимаешься благотворительностью в пользу сирых и убогих. Но что на счёт наших проблем? – Геренд кивнул в сторону исполинских зданий вдалеке. – Луна и этот странный город никуда не делись.
– А... э-э-эм... ну в общем, я ещё работаю над этом, – глаза волшебника забегали по сторонам. – Может, поищем Беатрису? Что-то она задерживается...
[1] Подробнее о Парацельсе и Геренде, а также о Зверокниге можно прочитать в книге "Архимаги не ищут лёгких путей!"
[2] Высылка, изгнание на латинском.
ЭПИЛОГ
Изрядно потрёпанный крейсер "Стервятник" класса Пронзатель рассекает космические бездны. Его путь лежит в Тартугрос, место, где безраздельно правят тёмные ваниар. Они наводят ужас на изрядную часть галактики, разоряя планеты и уводя в рабство жителей. Тартугрос, исполинский город за гранью пространства и времени, играет роль их основной базы, где происходит сбыт награбленного, набор новых членов экипажа, а также ремонт кораблей. Тартугрос располагается в недрах сверхмассивной чёрной дыры, что весьма затрудняет жизнь любым мстителям. Попасть туда крайне тяжело, ещё сложнее – выбраться. И если кто-то называет Тартугрос дырой, это далеко не всегда игра слов. Ветвь Тёмная материя считается одним из самых жестоких и безжалостных кланов ваниар, способных на любое безрассудство.
Врааль даже среди тёмных ваниар пользовался весьма дурной репутацией. Шаррум-итер, согласившись на сделку с ним, в очередной раз подтвердил безрассудство и тягу к риску своей ветви.
Изолированный медицинский отсек, где сейчас находится Шаррум-итер, практически пустует. Персонал покинул его, опасаясь гнева своего лидера. Тот после неудачной битвы, пребывал в крайне скверном расположении духа. Впрочем, услуги собратьев-медиков ему всё равно не требовались. Его костюм был оснащен одной из сильнейших регенеративных установок, способной чуть ли не с нуля воссоздать своего хозяина даже на поле боя. Что, собственно и произошло во время битвы с тем чёртовым человеческим щенком, невероятно сильным и быстрым.