– Сколько? – Не отстал Артем.

– Ну, где-то пачка чипсов, кола и средняя картошка на десяток. – Почесал затылок брат.

– Федор! – Строго произнес я.

– Ладно. – Виновато вздохнул он. – Килограмм шашлыка и клюквенный морс.

– Беру сотню снарядов. – Мигом произнесла Аймара.

– С вас шестьдесят миллиардов.

– Да как так-то! Он же не родственник! – Возмутилась Инка.

– Как не родственник? – Федор недоуменно посмотрел на нее.

– Могу продать дешевле, – успокаивающе произнес я Аймаре. – Но только в комплекте с носителями. Танки, САУ и прочая надежная техника. По одной единице на снаряд, выйдет почти даром.

– Хм…

– Так, а ну кыш со своими танками! – Не сдержался Артем. – Федор, можно сделать такие снаряды для беспилотников?

– Легко.

– Вот! – Успокоено выдохнул Шуйский.

А между тем, на площадке произошло движение, и под обрадованные крики из первого обнаруженного лаза специалисты принялись спешно доставать чуть пожелтевшие от времени кости, черепа, зубы. Много костей, большого количества людей…

– Это что? – Вздрогнул было Артем от несоответствия желаемого увиденному.

– Остатки прежних жертв князя Черниговского. – Пояснил я. – Без вести пропавшие. Родовитые, влиятельные, оплаканные родными и не похороненные должным образом. Многих замуровывали живьем в фундамент, поэтому кости уцелели. Родственники будут рады узнать их судьбу.

– Если тут хоть одна косточка великой крови – а она тут есть наверняка… Черниговским конец. – Осознав последствия, произнес Артем.

– Вряд ли, – с грустью покачал я головой.

– Такой рычаг давления. Это же… – Задохнулся Шуйский от перспектив. – Почему ты не оставил эти кости себе? За них можно многое просить.

– Мне ведь надо было как-то заплатить за спасение невесты, – с теплотой произнес я, глядя на то, как осторожно, обняв рукой, поднимают из очередной ямы Нику. – Я же не мог остаться должен Мстиславским.

– Это Мстиславские должны тебе! – Возмущался Артем.

– Вот чего мне точно даром не надо, – отрицательно покачал я головой.

– А нам бы пригодилось, – не удержался, и хмуро добавил он.

– Хочешь отмахиваться от обвинений, что это ваша тюрьма? – Покосился я на него. – Мстиславским же поверят сходу.

Артем хоть и поворчал что-то под нос, но спорить не стал. Уж слишком специфичное к ним отношение. И слишком щекотливые скоро вскроются обстоятельства – когда ИСБ сольют данные Шуйским про организаторов ограбления банка. Обвинения, высказанные во время горячей стадии войны, не будут восприняты должным образом.

– Тем более, что вы и так достаточно влиятельны. – Подсластил я. – А перед тобой второй наследник Мстиславских, который за счет всего этого сможет обрести влияние, чтобы стать первым. И если мне он ничего не должен, то про тебя речь не идет. Он ведь знает, что ты открыл ему дорогу. – Успокаивающе произнес я Артему и потрепал за плечо. – Я про тебя не забыл.

Затем шагнул вперед и осторожно принял в руки слабо держащуюся на ногах Нику, тут же повисшую у меня на плечах и спрятавшую лицо у моей шеи.

– Я знала, что ты придешь, – буркнула она, с силой обняв, а я осторожно придержал ее, отрывая от земли, забрал на руки, и зашагал в сторону скорой помощи.

Тело ее дрожало, одежда была в следах земли, обувь потеряна, волосы растеплены, а по лицу расплывался синяк. Место заключения, подавляемое блокиратором, за одну ночь довело девушку до сипящего дыхания и синего покрова кожи, а места порезов от падения обрели желтоватый оттенок. Кто-то за это умрет.

– Я пришел, – нежно произнес в ответ и прижал к себе чуть сильнее.

– Между прочим, всех победил Артем. – Едко произнесла Аймара.

– Эта лысая тоже тут? – Буркнула Ника.

– Пока что рыжая, – ответил я.

– Это недолго. – С угрозой произнесла невеста.

С возвращением Силы – к ней возвращалось и здоровье. А синяки бледнели от шага к шагу.

– Как ты? – Пытаясь выместить всю нежность, задавал я первые попавшиеся вопросы, отражая чувства тоном и голосом.

– Там плохо. Крысы. – Шмыгнула она.

– Ты не голодная? – Мягко спросил ее.

Ника подняла голову и хмуро посмотрела.

– Просто я тут бутербродов набрал на заправке, – попытался исправить положение. – Еще есть соки, минералка.

Ника качнула головой, словно смирившись с чем-то, и вновь уперлась лбом мне в ключицу.

– Как тебя вообще угораздило, а? – Все-таки мягко попенял я ей, хотя думал оставить на потом. – Я ведь просил не возвращаться домой.

– На рынке пристали, я твою фотографию показала. Так они всю клубнику и скупили. Только девчонкам ведерко оставила. Я ведь должна была сказать им, что не приеду, – виновато произнесла Ника. – Телефон сразу выкинула, а номер лысой не помнила…