Одрис: Кот, не тупи! Он тебя видит! Размотает на дистанции, как бог черепаху! Иди в клинч, навязывай ближний бой! Используй свой меч!

Да, несомненно, Рэнк обладал теневым зрением и способностью зачаровывать оружие против теневых созданий. «Вспышка»! Еще одна! Я уворачивался, как мог, пытаясь избежать разрезающих Тень световых волн. Инициативу захватил противник, навязывая свой стиль боя, в котором, как верно заметил Одрис, мне ничего не светило.

Нужно было срочно менять тактику! Пытаясь отвлечь внимание, я выпустил три «Болида» подряд. Половина арены утонула в гневном море пламени. Такая мощь могла бы уничтожить любое чудовище, но не ловкого и хладнокровного Рэнка, привыкшего к огненным фокусам демонов. Он взвился вверх и, используя плащ как планер, по широкой дуге вылетел из зоны поражения. На ходу охотник бросал вниз какие-то металлические штуковины, мгновенно исчезающие в песке.

Морган: Ловушки! Осторожно, он ставит ловушки, не попадись! Вруби «Восприятие»! Смотри под ноги!

Пользуясь заминкой, я в Тени бросился вдоль края арены, на ходу собирая теней. Мне не давали «Призыва», но мелкие теневики есть везде, даже на арене Адских Игр! Через несколько секунд иконка «Трансформации» засветилась, и я активировал привычный крылатый аватар, принимая облик летающей высшей тени.

Такое воплощение обладает сверхскоростью. Время словно притормозило свой ход, я видел как медленно приземляется в полуприсесте Рэнк, как он безошибочно находит меня взглядом, тянется к перевязи, как пятиконечные метательные сюрикены отрываются от его пальцев, сияя, как маленькие звезды. Но они пронзили пустоту, меня там уже не было. Скорость и маневренность высшей тени, усиленные вложенной Ловкостью, поражали. Я моментально облетел арену, и, подобно огромному скату, взмыл вверх. Авель когда-то показывал прием: как исчезать для противника, выходя из поля зрения. Рэнк потерял меня всего на пару мгновений, но этого было достаточно. Когда нашел взглядом, разворачиваясь и одновременно вскидывая к плечу приклад арбалета, я уже метеором падал сверху, летел стремительной молнией, непредсказуемым зигзагом обходя свистящие навстречу стрелы.

Ореол света, окружающий охотника, выбил из Тени в нескольких метрах от цели. Но инерция полета швырнула меня прямо на него, в клинч, в ближний бой, где любое касание Синевы будет означать смерть. Рэнк это понимал, но выбора не оставалось - он отпарировал нацеленный в сердце выпад своим полуторником и тут же отбросил, шипя от боли, обугленную рукоять. Огненный меч уничтожал прочность предметов, а у противника не имелось Черного Оружия.

Он как-то успел меня достать - в боку вспыхнула плеть боли, тревожно замигала иконка ранения, мягко вывернулся из-под удара Синевы. Возможно, и ушел бы снова, но неожиданно вскрикнул от боли, припадая на колено. Его ногу с громким щелчком поймал клыкастый обруч капкана, внезапно выскочивший из песка. Моя внезапная атака все же заставила его ошибиться - вынужденный изворачиваться в ограниченном пространстве Рэнк попал в собственную ловушку!

Второго шанса могло не представиться. Я молниеносно ударил наискось, не давая ему опомниться. Удивительно живучий Рэнк отбил первый удар дагой, второй - ложем рунического арбалета, потеряв оба предмета, но третий отразить было нечем. Охотник на демонов исчез в яркой вспышке, оставив небольшое облачко пепла.

Вот и все. Меня слегка потряхивало от обилия адреналина.

Рэнк: GF, Кот! Отличный бой! Забери, плиз, мои вещи. Потом обменяемся.

Сообщение сопровождалось смайликом. Я поднял оставшиеся на месте гибели противника предметы: обломки меча, арбалета и перевязь. Употребил два лечебных эликсира и без сожаления снял почти потерявший прочность кожаный нагрудник. На теле расползались кровавые пятна. Мигала «Неизлечимая Рана», пульсировало «Кровотечение». Если продолжать в том же духе, то от меня мало что останется...

Впрочем, победителю, видимо, полагались некоторые бонусы. Под рев «Сангвиниума» меня снова переместило на знакомую террасу.

– Поздравляю, Кот!
– поприветствовал меня Король Демонов.
– Что ты кривишься? Больно?

Он щелкнул пальцами. Зеленый столб исцеляющей энергии обрушился сверху приятным щекочущим водопадом, уничтожая все следы двух поединков. Хиты, энергия, все показатели вернулись в норму. Даже в голове прояснилось, будто я принял освежающий душ.

– У тебя интересные способности, очень редкие, на самом деле.

– Такие только у меня и Майкла Джексона, - ответил я любимой папашиной прибауткой, почему-то пришедшей в голову. Интересно, кто такой этот чертов Джексон? Всегда забывал посмотреть.

– Бывает. Итак, ты в финале и в одном шаге от исполнения своего желания.

– ЛЮБОГО желания?
– уточнил я.

– Любого в пределах моего могущества. То есть - осуществимого в Сфере Миров.
– прищурился Баал.
– В реальном мире - том, который ты считаешь реальным, я не смогу тебе помочь.

– Тот, который ты считаешь реальным... звучит угрожающе.

– Сфера была создана как симуляция. Но почему ты думаешь, что она может быть только одна?
– спросил меня Керимов.

– Не понимаю.

– Как-нибудь расспроси своего друга Олафа, как оракулы делают предсказания. Это подобие мгновенной симуляции тех или иных событий. Архетип создан «процедурным генератором», а его возможности в тысячи раз превосходят любого местного провидца. «Процедурный» способен скопировать любой отдельно взятый участок Сферы, запустить симуляцию событий и просчитать результат. Таких моделей может быть множество, симуляция в симуляции, и все их обитатели считают себя настоящими, хотя они всего лишь симулякры...

Я не совсем понимал, о чем он говорит, и Керимов это понял. Он сменил тему:

– Ладно, оставим это. О чем мы говорили, о Ключах?

– Да.

– Да, Ключи. Аварийный протокол «Семь Братьев». Ты никогда не задумывался, Хоткот, почему именно ты нашел меч?

– Случайность. Карты так сложились.

– Вероятность примерно такая же, как у колоды, высыпанной на пол, сложиться флеш-роялем каждой масти, - усмехнулся Баал.
– Да, в Сфере правит бал рандом, но не в твоем случае. Ты был взвешен, измерен, оценен, просчитан в тысячах симуляций. И только после этого «случайно» попал в «случайное» стечение обстоятельств, сделавшее тебя владельцем Синевы.