К своему удивлению, ничего страшного или предосудительного Линнувиэль у озера не увидел: леди Мирена спокойно сидела у воды и с нескрываемым удовольствием расчесывала влажные локоны. Умиротворенная, довольная жизнью и какая-то по-домашнему мягкая. Совсем не похожая на ту занозу, какой была поначалу. Она с радостью подставляла красивое лицо утреннему солнцу, улыбалась без видимых причин, но временами с искренним любопытством поглядывала в сторону Белки, которая с таким же удовольствием расчесывала пальцами пышную гриву Таррэна.

Молодой лорд сидел спиной к лесу, запрокинув голову и жмурясь на солнце, как сытый кот. Расслабленный и счастливый. Он покорно позволял Гончей теребить свои влажные волосы, безнаказанно творя с ними все, что ей заблагорассудится. Даже родовые клинки отложил в сторону, чего Линнувиэль за ним прежде не замечал.

Сама Гончая щеголяла в штанах и просторной рубахе, причем сегодня не постеснялась закатать рукава и штанины. Да и чего стесняться? Мирена все равно уже в курсе. Ее руки проворно сновали по шелковой гриве мужа, пальцы ловко заплетали традиционные эльфийские косы, сооружая из длинного хвоста нечто красивое. Узкие стопы тонули в густой траве, но Линнувиэль все равно рассмотрел рисунок на левой голени, который лишь у самой лодыжки обрывался изящной рунной вязью.

Белка, не оборачиваясь, кивнула.

— Линни, что там? Неужто вы так быстро собрались?

Хранитель в нерешительности замер, переводя неуверенный взгляд с одного на другого в этой странной троице. Он не мог не заметить, как испуганно встрепенулась эльфийка, как напряглись плечи у молодого лорда, и уже приготовился к самому худшему, но Таррэн отчего-то не взъярился. Только вздохнул и сделал попытку подняться.

— Сиди, — буркнула Белка, даже не думая стесняться. — Не видишь: не закончили еще.

— Малыш, неужели тебе нравится с ними возиться?

— А то ты не знаешь! И поскольку именно сейчас на них, кроме меня, больше никто не покушается, я могу спокойно получать удовольствие. Ты же не собираешься его испортить?

— Была б моя воля — обрезал бы наполовину. Долго еще?

— Я тебе дам — обрежу! — возмутилась она, несильно стукнув благоверного по макушке. — Я тогда свои изведу под корень!

— Не надо, — немедленно сдался Таррэн, застывая в прежней позе. Только глаза выразительно скосил на край ее рубахи и красноватый узор, который слишком уж виднелся на ее алебастровой коже. — У тебя рукав задрался.

Белка безмятежно кивнула, после чего Таррэн настороженно покосился на хранителя.

— Гм… И много он знает?

— Достаточно, чтобы я не срывался с места и не одергивал одежду.

— Ясно. Линнувиэль, ты чего пришел? Что-то случилось?

— Э… нет. Просто мы собрались и ждем только вас.

— Хорошо. Скоро будем.

— Не думай, что этот маг-недоучка тебя спасет, — строго сказала Гончая, вовремя перехватив выразительный взгляд мужа. — Пока не закончу, никуда не отпущу. Линнувиэль, сиди и не дергайся. Будешь ждать здесь. Дорогая, ты присмотришь?

Мирена лукаво взглянула на обреченно вздыхающего лорда и охотно кивнула.

— Вот и славно, — обрадовалась Белка. — А то этот проныра все время норовит сбежать. Гляди, как красиво получается!

Таррэн страдальчески поморщился, и Линнувиэль, правильно разглядев в его глазах отчаянную просьбу о спасении, рискнул вмешаться:

— Белик, а тебе не кажется, что с хвостом ему гораздо лучше?

— Нет.

— А мне вот кажется. Мирена, как считаешь?

Эльфийка задумалась.

— Ну… я не уверена, что… Наверное, ты прав, — прикусила губу Мирена, и хранитель облегченно перевел дух, а Таррэн и вовсе одарил их таким благодарным взглядом, что Линнувиэль мгновенно понял: молодого лорда надо спасать. Но тут Белка все-таки обернулась, укоризненно покачала головой и быстро расплела все косы.

— Сговорились, гады… а как я хотел его наказать! Мирена, ты что, на его стороне?

— Нет, — стремительно порозовела эльфийка. — Но я не считаю, что он виноват с той дверью. Не надо его так наказывать. Пусть ходит, как привык. Ему действительно идет.

— С какой еще дверью? — мигом насторожился Таррэн. — Малыш, вы о чем?

— Ладно, живи, жертва необоснованного насилия. Не буду больше мучить.

— Я не получил ответ на свой вопрос!

— А разве я обещал его дать?

— Бел!

Белка выразительно закатила глаза и, сноровисто собрав волосы эльфа в конский хвост, чересчур поспешно отошла. После чего уселась на траву и принялась натягивать сапоги. Но не вышло: заподозривший неладное Таррэн в мгновение ока подхватил ее на руки, умело спеленал и, притянув к своему лицу, пристально заглянул в глаза.

— Я тебе говорил, что не люблю, когда ты что-то скрываешь?

— Говорил, — немедленно согласилась она.

— Предупреждал, чтобы ты сразу объясняла, в чем дело?