— Он сам не свой?

— Сирена! Не в том дело! — рявкнула Мэлия.

Прямо рявкнула.

— Это было в шутку.

— Не забывай, чем мы рискуем. Представь, как ты можешь пострадать, если король нас поймает, — сказал она. И тяжко вздохнула. — Я просто переживаю. Скажи, что мне не нужно переживать.

— Тебе не нужно переживать.

Это казалось ложью.

25

Белый город

Следующим утром Сирена вскочила с кровати и поспешила на палубу. Ее ноги скользили по доскам, она добралась до перил и раскрыла рот. В лигах перед ними, блестящий, бледный и прекрасный в утреннем свете, стоял Альбион, Белый город.

Она и не представляла, что Альбион будет таким поразительным. Крисана, центральный дворец, был построен так, чтобы его видели отовсюду в городе, он возвышался над окружающими зданиями. Ходили слухи, что ракушки растолкли, смешали и превратили в гладкую поверхность без изъяна, покрывающую весь замок. Отделенный район в стенах города звался ведой, окружал замок и был так же отбелен, но сиял, пока дворец оставался матовым и идеально — белым. Город расходился лабиринтами дорог и перекрестков белых домов и магазинов. Издалека казалось, что город был белой точкой на поверхности Земли.

Их корабль повернул на реке Кейлани, и стало видно прекрасные просторы океана Лаконии. Сирена никогда не видела океан, ком появился в ее горле от вида. Этот опыт нельзя было ни с чем сравнить. Она прожила у гор всю жизнь, верила, что они были самым чудесным и поразительным зрелищем в мире, но океан Лакония разбил это ее мнение.

— Красиво, да? — спросила Дофина, появившись за Сиреной.

Сирена вздрогнула, не услышав ее приближения.

— Невероятно.

— Казалось бы, меня не должно поражать место, где я прожила семнадцать лет, но с каждым разом эмоций все больше.

— Вы выросли в Альбионе?

— Отсюда не видно дом моих родителей, но он один из самых старых в Вердасе, окружающем Крисану.

— Ваши родители были во внутреннем круге?

Дофина хитро улыбнулась ей, словно вопрос был неоднозначным.

— Простите, не хотела докучать.

— Ничего. Это старый скандал, — как — то она умудрялась выглядеть величаво, даже отмахиваясь рукой. — Мой отец был в Высшем ордене, а мама работала помощницей швеи в Третьем классе, когда они познакомились. Он должен был жениться на Компаньоне, но они сыграли свадьбу. После смерти моего деда они покинули двор, вернулись в Альбион и захватили контроль над домом Биркет.

— Похоже на безнадежного романтика.

Дофина рассмеялась.

— Такой мой отец. Может, потому он и попал в Высший орден.

Сирена не знала, в чем тут был смысл, если решение основывалось на образовании человека и том, что было лучше для него и общества. Но было во всей церемонии что — то необъяснимое. Она не понимала, почему такие, как Жардана, становились Компаньонами. Если кто и заслужил этого, то это Рэя.

При мысли о лучшей подруге Сирена снова обрадовалась. Скоро она увидится с Рэей, и она не могла дождаться встречи. Сердце кололо болью без нее.

— Идем. Мы скоро прибудем, — Дофина прошла по палубе и села у столика.

Сирена села напротив нее, смотрела на Белый город, пока они приближались.

Эдрик вскоре появился на палубе, свежевыбритый, уже в лучшем наряде. Он улыбнулся женщинам.

— Прекрасный день для прибытия в Альбион. На небе ни облачка.

Им принесли завтрак с чаем. Сирена слишком переживала из — за их прибытия, чтобы общаться с Эдриком и Дофиной. Мыслями она была в городе, думала о том, что сделает, попав туда.

Мэлия вышла на палубу в конце завтрака. Она все еще была бледной, но Сирена была рада видеть ее на ногах.

Девушки прошли к борту и смотрели, как процессия кораблей вплывает в гавань. Эдрик и дофина присоединились к ним, улыбаясь небольшому сопровождению, ждущему в порте.

Сирена разглядывала встречающих. Кроме стражей в порте, только пятнадцать человек приветствовало их. Это было далеко от сотен, что провожали их в начале недели.

Они стояли на палубе, Эдрик задел ее руку, и его пальцы скользнули поверх ее. Ее сердце бешено колотилось. Она быстро взглянула в серо — голубые глаза и увидела на его лице смесь эмоций.

Она убрала руку под перила, он переплел пальцы с ее.

Он склонился и шепнул так, чтобы слышала только она:

— Жаль, мы не можем остаться.

— Вы — король, — напомнила она ему.

Он мог оставить их, если бы захотел.

Эдрик убрал руку и мрачно кивнул. Он сжал губы в прямую линию.

— Да, я помню.

Сирена сглотнула. Она не хотела оттолкнуть его, но этот корабль был сном, а они вот — вот спустятся по трапу в реальность.

Корабль остановился, содрогаясь. Эдрик прошел вперед, Дофина следовала за ним. Он ни разу не оглянулся. Сирена говорила себе, что так лучше. Он знал, что ничего не могло произойти. Она минуту уговаривала себя, пока шла за ними по трапу.