Многокилометровый пеший переход через дикий весенний лес весьма условно можно назвать приятной прогулкой — а уж с хрупким тяжёлым грузом за спиной и подавно. Налегке шла только Милана, но для неё само по себе такое путешествие было нешуточным испытанием. Правда, средняя земная девушка-менеджер загнулась бы уже на полдороги, а аристократка шагала себе и шагала. И обувь у неё для этого была с собой подходящая, и одежда, и мозоли она не набила на ногах, и ничего себе не натёрла. Всё потому, что эти “мелочи” входили в необходимый пакет умений для средневекового администратора-управленца, как и умение, например, шить и вышивать — для средневековой же баронетты.

Вот кому дорога была в радость – так это волкоухой. И груз, не меньший, чем у самых дюжих членов отряда, ей ничуть не мешал. Химера бесшумно скользила через лес, время от времени принюхиваясь и поводя ушами, и можно было с уверенностью сказать: на тварь мы случайно не наткнёмся. Впрочем, весной это уже и так сложнее сделать, чем зимой: пичуги, вернувшиеся с юга и занятые брачными играми, не чирикают и не поют — натурально галдят. Любой островок тишины, выдающий близкое присутствие изменённого животного заметен как никогда…

Присутствие красивых девушек в отряде, кстати, радовало не всех: Косточка то и дело косился на Таню и морщился. Как эти двое во дворе умудрились сцепиться, я так и не понял, а разбираться было некогда, но слово за слово -- и придурки устроили драку… пардон, дружеский спарринг. На последней формулировке настаивали оба, так что я не стал копать глубже. Поединок “на кулачках” против биомагического киборга для почти не модифицированного человека (глаза не в счёт) закончился предсказуемо: волкодевушка отделала своего визави как котлету. Надо отдать должное: ничего не сломала и не выбила, даже сотрясения мозга не устроила, только синяков наставила… везде. Отвальные – ребята крепкие, так что степень повреждений сами можете оценить: я заметил, что с рядовым что-то не так по его движениям. Сразу же без разговоров пустил в ход магию, и обнаружил… ну а дальше вы знаете. Хорошо хоть на этом лимит суточных приключений оказался исчерпан, и до перевалочного склада в полурукотвороной пещере на гребне вала мы добрались без проблем.

– Когда крылатый почтальон вернулся в последний раз, и мы прочли твою приписку, даже мне страшно стало, – мы втроём устроились чуть в стороне от остальных, собрав себе из шкур и мехов что-то вроде гнезда. Мила, скорее всего, тоже не прочь была бы поболтать, но уснула мгновенно, едва мы легли. – Ящерица была при смерти, даже не знаю, как ей удалось до нас добраться. А дальше ещё хуже: нам пришлось её выхаживать, греть и насильно кормить несколько дней, посменно. Может и хорошо: Рона и так себе все глаза проплакала, даже не знаю, как она находила силы выступать. Зато на Эйлану наконец перестала смотреть так, словно хочет зарезать: горничная, когда увидела, что случилось с вестником, ушла на рынок, купила там каких-то трав и сама сделала мазь. После неё химерка и пошла на поправку, кажется.

– Давно не был дома, – было очень больно слушать все эти подробности, особенно из первых уст. В письмах девушки мне ничего такого не писали.

– Фи сильная, она справится, – ободрила меня Таня. – Тем более, она знает, что я с тобой, и если что – смогу защитить… в отличие от некоторых. А если письма станут регулярно и быстро приходить – так и совсем хорошо.

– Станут, – ага, вот, похоже, и настоящая причина драки. Мне достались слёзы, а снайперу, на заставе Сим входившему в мой десяток – тумаки. Не очень честно, но лучше уж так. – Давление Тьмы в Ключах еле чувствуется, химерам оно не опасно. Можно будет гонять почтальона туда-сюда сколько угодно.

Я подумал, и предложил:

– Можно будет поручить Роне свозить в универ мои отчёты и письменные запросы. Заодно она там сможет выступить в таверне тоже, наверное, ей надоело сидеть на одном месте.

– Я думаю, она будет счастлива, – уверила меня волкодевушка. – Почувствует себя опять полезной – ещё меньше станет переживать...

Чёрт.

* * *

– Овцы, – Таня вся вытянулась в струнку, стараясь как можно выше задрать голову. – Там. Три штуки.

Она одним плавным, но при этом очень быстрым движением избавилась от внушительной котомки и обнажила меч. Причём котомку она на землю не уронила, а именно поставила.

– Стой! – одновременно дернулись Баюн и Косточка.

– Прибьёшь их, и на запах крови кто угодно может прийти, – пояснил сержант. В отличии от побитого рядового он всё же понимал, что ушастая может и не знать совершенно очевидного для отвальных факта.

Химера посмотрела на меня и я едва заметно покачал головой.

– Если это проблема, то и пришедшего прирежу, – на всякий случай предупредила послушно оставшаяся на месте волкодевушка. Кинула косой взгляд на снайпера и едва слышным превосходством добавила: – Я могу.

– И того, кто придёт следом? – Косточка намёк прекрасно понял и не смог промолчать.

– И его, и следующего, – химера была уверена в своих силах.

– Пока из глубины Шрама не заявится нариец, – закончил за неё Баюн.

– Мы когда-то его так и выманивали, чтобы добыть, – пожала плечами волкоухая. Собрала на себя потрясённые и недоверчивые взгляды, недоумённо пояснила: – Ничего сложного, если заранее подготовиться.