Ленкара, видя напряжение на его лице, не решалась его тревожить. Она только наблюдала за тем, как мужчина нервно ломал руки, а когда в дверях появилась Улия, откровенно побледнел.

– Кто? – спросил он грубым, внезапно охрипшим голосом.

– Мальчик, - сообщила женщина, невольно улыбаясь. – Крепкий здоровый мальчик.

Эеншард не разделил ее радости. Оскалившись, он вскочил на ноги и подошел к распахнутому окну. Вцепившись в деревянную раму, он тяжело дышал, надеясь, что порыв ветра остудит его разум.

Ленкара жестом попросила Улию оставить их, а сама подошла к мужчине. Она не успела ничего сказать. Стоило ей прикоснуться к его плечу, как Эеншард заговорил сам.

– Я убью его, - прорычал он сквозь зубы.

– Ты что такое говоришь? – испуганно спросила Ленкара, невольно отшатнувшись от эштарца.

Его слова и их тон, напугал ее настолько, что она спешно отдернула руку, прижимая ее к груди.

– Этот мальчик твой сын, - шептала она дрожащим голосом.

– Вот именно, что сын! – вскрикнул Эеншард, обернувшись. – А если ты родишь сына?! Я не хочу, чтобы наш ребенок соперничал с этим… кто он вообще?!

Ленкара нахмурилась.

– Ты понимаешь, что ты сейчас говоришь? – спросила она строго.

– Да! Я не хочу, чтобы ее ребенок был моим наследником!

Ленкара не ответила, звонко шлепнув мужчину по щеке. Она не была так сильна, чтобы причинить гиганту вроде Эеншарда боль, но удар от женщины для эштарца был страшным оскорблением. В черных глазах блеснуло что-то звериное. Его рука дернулась, замахнулась и замерла. Синие глаза решительно смотрели на него.

– Когда ты станешь королем, - заговорила внезапно Ленкара. – Когда ты станешь по-настоящему отцом и мужчиной, то именно ты будешь решать, как будут жить твои дети и твои подданные.

– Ты ничего не понимаешь, - прошипел он, сжимая занесенную для удара руку в кулак и медленно опуская ее.

– Учти, что я могу родить дочь, а после этого не родить тебе сына, - спокойно проговорила Ленкара. – Чем ты лучше своего отца, если вот так собираешься решить судьбу своего наследника?

– Заткнись, - прошипел Эеншард, проходя мимо.

Он бы зол, и его почти трясло.

– Эни! – крикнула Ленкара, понимая, что он собирается уйти. – Не делай этого, слышишь?

Он не ответил, а просто вышел. Понимая, куда именно он пойдет, принцесса набросила на голову большое темное полотно, увернулась в него, прикрывая живот, схватила свечу и выбежала в потайной коридор. До гарема дорога была не так близка и не так проста, но она ее знала.

Эеншард утверждал, что переходы северного крыла безопасны, и она никогда здесь никого не встретит, но в одном из поворотов она увидела свет и невольно застыла. В двух дюжинах шагов от нее стоял мужчина с подсвечником в руках. Он странно покачивал головой, стоя на месте. Его губы шевелились, но не произносили ни слова. Он показался Ленкаре неживым, слишком бледным, худым, с огромными темными кругами под глазами.

Невольно сглотнув, она сделала шаг назад и уперлась в стену, а мужчина вдруг криво улыбнулся и тут же громко рассмеялся.

Ленкара сорвалась с места и быстро помчалась по коридору. Смех эхом гнался за ней, но шагов она не слышала. Только зловещий безумный хохот. Торопясь выйти на свет, она выбежала через дверь, ведущую в главный зал гарема, где средь цветов обычно проводили время женщины.

Ей говорили, что здесь обычно играет музыка, но теперь здесь было пусто, тихие голоса доносились откуда-то сбоку. Поспешив к ним, Ленкара быстро обнаружила толпу женщин, окруживших дверь.

– Нет, - прошептала она, понимая, что Эеншард уже там, и тут же бросилась в эту толпу, пытаясь прорваться в комнату.

Эеншард, придя сюда, даже не взглянул на Дерб, лежавшую в кровати. Он сразу шагнул к маленькой кроватке, стоявшей у окна. В Эштаре считали, что солнечный свет даст мальчику силу.

Таких маленьких детей Эеншард никогда прежде не видел. И этот мальчишка, маленький, щекастый показался ему совершенно не похожим на человека. Прикрытый легкой простыней, новорожденный прижимал к груди ручки и, не открывая глаз, причмокивал пухлыми губами.

Рука Эеншарда зависла над младенцем. Она была такой огромной, что могла просто раздавить это хрупкое создание, но принц стоял и смотрел, как шевелятся маленькие пальчики, как приоткрываются и вновь закрываются губы.

В этот миг в дверном проеме появилась Ленкара, но, увидев Эеншарда, она сразу поняла, что напрасно испугалась. Принц осторожно коснулся маленькой детской ручки одним пальцем, как ребенок, прикасающийся к неизвестному, а малыш схватил этот палец и крепко сжал, так крепко, как только мог, и тут же улыбнулся, не открывая глаз.

У Эеншарда задрожали губы.

– Как ты хочешь назвать его? – спросил он, с болью в горле подавляя дрожь.

– Мэдином, - ответила Дерб осторожно.

– Мэдин Клен Дерва, - прошептал Эеншард. – Я согласен, пусть будет так. Спасибо за наследника.