Александр виновато, но без особых сожалений, развел руками. Дескать, да, так и есть. И я ничего не могу поделать! А я сразу же завелся.

— Но мы же уже это обсуждали! Корабли Архипелага более маневренные, да и сами они прирожденные моряки. В сражении с ними у нас будет немного шансов победить!

— Значит, построим больше кораблей. — вслед за ученым руками развел и колдун.

— Вы поймите, Янак! — принялся мне объяснять профессор. — Если мы выпустим в мир некое знание, обратно его уже не загнать. Мореходы — не дураки! Они мгновенно поймут преимущество нового парусного вооружения. И, я вам больше скажу, от системы креплений и узлов недалеко и до многомачтовых судов. А от них — до косых парусов. Мы запустим процесс, которым уже не сможем управлять! Лучше оставить все как есть.

Все эти его доводы я уже слышал. Как и мастера с Терри — мои. Я давил на большие потери в морском сражении, если мы не будем превосходить жителей Архипелага в скорости и маневренности. Мне же отвечали, что люди все равно будут гибнуть в войнах, но чем выше будет прогресс, тем в большем количестве. Умом я понимал, что правда на стороне этих ретроградов, но… Черт! Да ведь для победы придётся использовать минимум двухкратное преимущество! Это ж сколько людей погибнет!

— Развитие приспособлений — как лавина в горах. — включился в разговор Джу. — Один камешек тянет за собой другой. В результате уже никто не может управлять этим падением. Сколько бы знаний и умений ни имел.

Я резко кивнул. Спорить не имело смысла, хотя и очень хотелось. Но что изменит одно мое мнение против двух десятков согласованных голосов мастеров? Поэтому я сменил тему.

— А рабы? По ним никаких изменений?

Мастера переглянулись. Выражение их лиц было одинаково задумчивым. Такое бывают у людей, когда они не могут вспомнить о чем идет речь, но признаться в этом не желают.

— Рабы… — протянул Ади, просветлев. — Да-да. То есть — нет! Никаких изменений! Все как решили, так и делаем. Только у меня есть личный вопрос тебе. Серт-ар, ты правда считаешь, что став свободными, люди станут счастливее?

Что за идиотский вопрос! Конечно, я так считаю! Попробовал бы сам поворочать веслом на галере, получая кнутом по плечам каждый раз, когда надсмотрщику показалось, что ты гребешь слишком уж медленно! Теоретик!

— Один человек не вправе владеть другим, словно вещью. — ответил я. Пока еще сдерживаясь. Мастера явно нацелились на долгий спор — времени-то у них было в достатке. А чего не спорить? Сидишь себе на крыше самого высокого здания в городе, теплый ветерок с запахом соли обдувает лицо, тенты защищают от солнца, а на столах стоят прохладные напитки! Приятная компания, к тому же!

— Спорное заявление. — возразил Ади. Так и есть — вляпался в диспут! С огромным количеством аргументов и полным отсутствием смысла. — Так или иначе, одни люди владеют другими. Люди — не равны по природе своей. Кто-то умнее другого, кто-то сильнее. Какое равенство может быть между разными людьми?

— Равенство возможностей! — отрезал я. Пока заход мастера меня не впечатлил.

— Ну это даже смешно! Ты вот родился без дара, а я с даром. О каком равенстве возможностей тут можно говорить?

— Я говорил не о социальном положении. Равенство возможностей — это возможность каждому человеку выбирать свою судьбу и свое будущее!

Мастера, да и Терри — предатель! — посмотрели на меня со снисхождением. Как на очаровательное, но ляпнувшее глупость дитя. Не сказать, что меня это сильно обидело, привык уже. Но задело.

— Опустим это! — рявкнул я, сдержав раздражение. Понимая, что иначе мне будут читать лекции до конца дня.

— Хорошо! — покладисто закивали мастера. Ади продолжил: — Но мне бы хотелось уточнить один вопрос. Чем лучше жизнь слуги — жизни раба?

Я открыл рот и замер. Понимал, что выгляжу глупо, но поделать ничего не мог, настолько идиотским мне показался вопрос Ади.

— Да всем! — вытолкнул я наконец. — Всем!

— Чтобы ты понимал, Серт-ар. Мы уже приняли решение по рабству и начали процесс вывода рабов из частного владения. Через пять, самое большее, семь лет, все невольники в городах сатрапии станут свободными людьми. Из казны города каждый бывший раб получит небольшую сумму, достаточную для того, чтобы вернуться домой.

— Да, я помню, мы говорили об этом…

— Но станут ли они довольнее и счастливее, Серт-ар? Лишенные крыши над головой, гарантированного куска хлеба и понимания своего будущего? Ведь многие пойдут слугами в те дома, где были рабами.

— Это будет их свободный выбор!

— И они будут получать за свою работу столько денег, сколько хватит на аренду небольшой комнатенки, еду и одежду. Столько, сколько раньше семья их нанимателей тратила на содержание раба, ну, может, чуть больше. Что изменится в их жизни? На мой взгляд, по сути, не по названию, они так и останутся рабами.