Инициативников бьют. А вон одного потащили внутрь "обезьянника" и поставили... в качестве жено-заменителя. С другой стороны... горделивая демонстрация чисто самцовой случки для недоступной сучки. Большой самец рейтинг зарабатывает. На всякий случай - а вдруг повезёт добраться и до бабы.

Стаи расползаются по свои залам. В глубине - кого бьют, кого... наоборот - любят. Но неуёмных у решёток ещё порядочно. И они переходят к... к предвосхищению Салтычихи.

Та, в конце своей долгой жизни, сидела в келье за решёткой. Когда появлялись посетители посмотреть - "живая легенда" метала в них свои фекалии. Пребывала она в таком состоянии лет семнадцать. Натренировалась... Как охотник - белке в глазик.

Здесь охотники есть. А вот такого навыка нет. Мажут. В смысле - промахиваются. Неприятно, конечно. Но по сравнению с традиционным иудео-христианско-мусульманским побиванием камнями...

Пожалуй, мы их слишком хорошо кормим - боезапас должен был быстро кончиться. А они всё ещё... тужатся.

Некоторые "снаряды" улетают на другую сторону, в другой "обезьянник". Пошла "арт.дуэль". С переменным успехом. Вот один из шишей не вовремя открыл рот. И получил. И выразил неудовольствие путём оплеухи своему соседу.

"А что делать?! Что делать-то?!".

А тот ответил! Хотя, по виду, шестёрка. За него вступились. Свита одного из "прорастающих" лидеров. А свита другого - против. И остальные подтянулись. А с другой стороны? Какой-то псих с фанатично горящими глазами пытается выковырять глазик у здорового мордоворота. Которого держат трое из свиты ветхого старичка.

Старичок - карт?
– Изолировать. Но работать с ним... вряд ли. Псих - адепт? Имеет смысл отделить и вогнать в депрессию. С чертовщиной.

Жаль, у нас нет средств регистрации видео. Потом бы прокрутили, проанализировали. А так... ребята Ноготка ведут наблюдение. Освещение хорошее, "мёртвых зон" нет, широкие ошейники с номерами на особях способствуют идентификации. Но решать - что важно, что нет - приходится сразу. Судя по той стопке исписанных листов, которую я вижу у писаря, стенографирующего доклады одного из наблюдателей... пора остановиться - материала собрано достаточно. Надо ещё оставить время на аналитику. Затягивать с переходом к активной обработке нельзя - отношения в формирующейся стае "сгнивают" со скоростью сгнивания банана.

– - Ноготок. Пора завязывать.

– - Погодь. Тама вона... Парочка - третьего... А, бить начали.

Ноготок командует, служители откатывают на место стеновые панели. Отсечённые от зрелища и света стаи воют, рычат, вопят. И начинают успокаиваться. В коридоре гасят лишние светильники, приступают к уборке разного... выделенного. А я топаю к девушке, которая была "спусковым курком"... "центром кристаллизации"... всего этого... цунами страстей.

Полчаса в эпицентре... негативных эмоций. Я ожидал обморока, истерики. Нет. Только очень замучена.

***

"Так это из-за "ванны"!
– только сейчас понял курсант Пиркс...

Меня послали сюда только потому, что доктор гарантировал, что я не сойду с ума".

Интересно, сколько моих коллег - попадавцев и попадевцев - не уписылись бы в подобной ситуации? Без гарантии удачного завершения. Без понимания целей и продолжительности происходящего. В непрерывном ожидании крушения решёток. С единственной слабой надеждой. На злобного, лысого, чужого, непонятного мужика.

***

– - Я говорил - тебе уже нечего бояться. Твой страх - ослабляет тебя. Ты зря дёргалась.

Видит, слышит. Говорить...? Очень плотно сжатые губы. Не разлепить. Знакомо. Так бывает, когда долгое время запрещаешь себе разговаривать. Про это - я уже...

Отвязываю от потолочной балке и, на вытянутой руке, чтобы не замарать кафтан, веду её к выходу.

– - Здравствуй, Цыба. Вот тебе... служанка. Звать... Ростя. Помыть-побрить. Двух часов хватит? Спать - не давать. Принимай.

Цыба - ещё одна моя забота. Болезненная.

"Мы в ответе за тех, кого приручаем".

Ещё одна жертва подросткового секса. Только - крестьянского и родственного. Двоюродные братики постарались "залезаючи". Примерно как у Нифонта сказано. В голодный год продали её в Пердуновку.

Она попала мне в руки, как-то ожила, отъелась, осмелела. До такой степени, что выпросилась в караван, который привёз мою хоругвь после Бряхимовского боя. Смелость оказалась вознаграждена - раненый боярин Лазарь, которого она выхаживала, "воспылал любовью" и предложил мой холопке и наложнице пойти за него замуж.