Такие вещи не нуждаются в громких расхваливаниях. Кто понимает - тот видит. Бекет был в эту эпоху едва ли не единственным англосаксом, кто понимал в таких вещах.

Купец чуть покачал вещь в руках, позволяя зрителям оценить мягкий, переливающийся, отдающий глубоким, не нуждающимся в назойливой демонстрации, богатством, блеск меха. Чуть сдвинул шерсть, показывая оттенки подшерстка, нежно погладил рукой, вызывая, даже не осознаваемое присутствующими, ощущение тепла, мягкости, уюта...

– - Позвольте, милорд.

Беня обошёл стол и накинул на плечи беглому архиепископу манто.

– - У меня было похожее. Когда я был канцлером, - чуть слышно произнёс Бекет, осторожно поглаживая столь редкий и прекрасный мех. Но, - голос его отвердел, - сиё есть искушение мирской суеты! Ныне, во дни, когда церковь наша христова пребывает в гонениях и ущемлениях, когда ослеплённые блеском золота, вот таких богатств и роскошеств, владыки земные умаляют силы христовой братии, заступников за грешников перед престолом Высшей Силы, носить таковые одежды...

Бекет пытался снять манто, но Беня чуть придавил мех на его плечах. Да и сам Бекет, хоть и высказал мнение, но в глубине души боролся с искушением оставить эту прекрасную вещь себе.

– - Ваш давний друг и нынешний противник, король Английский Генрих имеет прозвание "Короткий плащ". В грядущей, в скором времени, вашей встрече с ним не послужит ли эта прелестная вещица ещё одним аргументом для примирения? Показывая сходством покроя - возможность взаимопонимания, а великолепным редкостным материалом - ваше, Ваше Святейшее Превосходительство, величие духа?

Бекет резко развернулся, чуть не уткнувшись носом в пуговицу кафтана торговца:

– - Какая встреча? Откуда ты знаешь? Тебя послали? Ты был в Руане?

Стремительно вырвавшийся поток вопросов смутил самого Бекета. Утрата самообладания вполне показывала степень внутреннего напряжения беглого архиепископа в тянущемся уже шесть лет противостоянии с королём.

– - Да, монсеньёр. Конечно, мы были в Руане. Ибо как иначе подняться по Сене от моря? Нет, милорд, меня не послали. Кто я для людей короля? И я - не знаю. Но... если купец хочет остаться живым в дальнем походе... а уж получить прибыль... Нужно нюхать воздух. Воздух Руана намекнул мне... что через пару месяцев Ваше Святейшество пригласят на встречу. С Их Величеством. Для примирения.

Беня неопределённо пошевелил в воздухе пальцами.

– - Я... так думаю.

– - Это важная для меня новость, Бенджамин из... из оттуда.

– - Я рад, что сумел угодить столь великому человеку.

Беня глубоко вздохнул. И перешёл к самому важному:

– - Надеюсь, моя скромная просьба пусть и покажется необычной, также как и эти подарки и принесённые мною новости, но не вызовет досады Вашего Преосвященства.

Томас мгновенно напрягся - опять попрошайка. Будет канючить денег, рекомендаций, благословения в каком-нибудь глупом, а то и дурном деле. Хотя... это ж иудей... или схизмат...? Зачем ему благословение католического епископа?

– - Эти юноши, - Беня показал на двух парней из своих спутников, - очарованные рассказами о Вашим жизненном пути и просветлённые вашей святостью, подвигами во имя стремления к подножию Престола Небесного и установлению Царства Божьего на грешной земле нашей, упросили меня умолять вас взять их в слуги к вашей милости. Они сильны, понятливы и молчаливы. Они будут достойными спутниками Вашему преосвященству и в дни несчастий, и годы грядущих успехов.

Бекет с сомнением рассматривал молодых людей. Два одинаковых лица. Братья-близнецы. Высоки, светловолосы и светлоглазы. Широкие плечи. Свободная стойка, свойственная богатым купцам и благородным рыцарям. Он сам - сын дворянина, ставшего купцом. Осанка, вбитая в детстве старым рыцарем, другом отца, оставалась с ним и в годы службы архиепископу Теобальду, и в годы дружбы с королём, и при встречах с Папой Римским.

– - Воины? Грамотные? Католики?

– - Они умеют пользоваться мечом и луком. В конном копейном бою... лучше бы сперва подучить. Владеют германским и славянским наречиями. По гречески - читают. Латынь... есть большое пространство для совершенствования. Вероисповедание - греческое. Труд приведения этих юных душ в лоно святой римско-католический... Они будут счастливы называться крестниками Фомы Бекета.

Уловив нерешительность архиепископа, Беня тяжко вздохнул:

– - Я готов заплатить. Серебром. За их пребывание вблизи вашей милости. Как за пеших воинов - по пенни в день. Один год.