— О чем? — нервно сглотнул Ватра.

— О том, что случится, если вы не будете сотрудничать… с властями.

— С властями? — поперхнулся пленник. — Вы свое лесное чудище называете властью?

— А вы не дерзите, — ответила я, заметив, как страж напрягся. — Вы обидели моего друга, и я требую извинений.

Торговец изумленно вытаращился: такого поворота допроса он не ожидал. Нет, ну кому, скажите, придет в голову требовать извинений, а не полоснуть чем-нибудь острым или не ткнуть кулаком в солнечное сплетение? Зато страж порадовался.

— Так что вы молчите? — подбодрила я преступника. — Вы учтите: мне нужно ваше… содействие. Но если вы оченьобидите меня или моего друга, я уйду, оставив вас вдвоем. Не хотелось бы вам угрожать, но… вы знаете, он почему-то не любит торговцев… хлопушками. Странно, не правда ли?

Орсег кивнул, решив не открывать рта без моего разрешения.

Как ни странно, Ватра от угроз приободрился: до того его пугала ненормальность моего поведения.

— Я жду, — напомнила я.

Ватра повернулся к Орсегу, уже успевшему превратить свою лапу в нормальную руку.

— Я… я прошу прощения, — выдавил он из себя.

Страж поглядел на меня, я кивнула.

— Я принимаю твои извинения, человек, — проскрежетал он. — Не за все твои дела, только за оскорбление, нанесенное сейчас.

— Вот и славненько, — хищно улыбнулась я. — Вот и помирились. Теперь — кому вы продали товар, торговец Ватра?

Торговец Ватра уставился на меня как на привидение.

— Вашим… коллегам… миледи.

— Это понятно, — отмахнулась я. — Кому именно? Мне нужны точные свидетельства того, что эти люди покупали у вас товар — и сколько!

— Какие у него могут быть свидетельства? — все тем же не своим голосом проскрежетал страж. Странно, раньше он говорил нормально, даже когда полностью превращался. — Кто поверит слову подпольного торговца против королевских людей?

— А ты быстро соображаешь, — отметила я. — Ты прав, ему не поверят. Придется арестовать и сдавать властям прямо сейчас, чтобы он дал показания на допросе. Вот ведь глупость какая! Это спутает нам все планы!

Несчастный Ватра уже отчаялся найти в моих словах хоть крупицу здравого смысла.

— Собирайтесь, вы арестованы, — хмуро повернулась я к торговцу. — Шаг влево, шаг вправо приравнивается к побегу. Не убьем, но покалечим сильно. Вы все поняли?

— Миледи, у меня есть доказательства!

— Вот как? — Я с любопытством поглядела на торговца. — И какие же?

— Договоры на поставку хлопушек, накладные, купчие, — принялся перечислять Ватра.

— И за подлинными подписями? Правильно оформленные документы?

Торговец оскорбился.

— Имея дело с такими людьми, иначе нельзя! Это ж такой народ, ваши коллеги! За медяк кого хочешь убьют!

— И где эти бумаги, здесь? — жадно спросила я.

Ватра покачал головой.

— Нет, миледи. Я не хочу, чтобы мне сожгли лавку, как только нужда в товаре отпадет.

— Разумно, — признала я. — Но нам нужны бумаги прямо сейчас.

— Сейчас? — переспросил Ватра. — Мне сходить за ними?

Страж презрительно фыркнул.

— Вы нас за дураков принимаете, любезный, — вздохнула я. — Неужто вы думаете: я отпущу вас вот так, за здорово живешь?

— Идемте со мной, — предложил торговец.

— С тем же успехом я могла бы арестовать вас, — покачала я головой. — Нам этот вариант не подходит.

— Это ваши трудности, — хмуро произнес торговец. — Я уже ничего не теряю.

— Кроме жизни, — напомнила я. Торговец помрачнел, страж посмотрел на меня с угрюмой готовностью. — Хотя это мысль…

Ватра побледнел еще сильнее и стал чуть ли не синим, а страж шагнул вперед.

— Я имею в виду, вы очень умно сказали: вы ничего не теряете, — пояснила я.

Они оба, и страж, и преступник обескураженно поглядели на меня.

— Если хочешь привлечь к сотрудничеству человека, который ничего не теряет, надо ему что-нибудь предложить, не так ли? — светским голосом поинтересовалась я.

— Что вы можете мне предложить? — хрипло спросил торговец. Интересно, он уже смирился со своим арестом или надеялся выкрутиться?