Погасив луч, я надежно спрятал кристаллин. Сойка на данный момент волновал меня больше всего. До Палистры осталось не так много времени. За ней начинаются нейтральные территории, где капитан головорезов обязательно активизируется. Вот только каким боком это коснется меня?

«При таможенном досмотре ведите себя спокойно, давая служащим быстро уладить все формальности и проблемы, возникшие при обязательной проверке. От вашей выдержанности и понимания ситуации зависит быстрая и бесперебойная работа таможенной службы», в чем я всегда сомневался. И на это были причины. Туристы — народ взбалмошный и капризный, а любая задержка легко заводит их, заставляет нервничать и провоцировать служащих жестче проверять крикливый поток людской и гуманоидной массы. Да-да, с гуманоидами мы тоже работаем.

Писк модулятора, встроенного в криогенную камеру, сыграл побудку. Своего тела я совершенно не чувствовал, и, моргая глазами, тупо смотрел в потолок, пока крышка полностью не скрылась в нише. Мягкий свет плафонов едва освещал помещение, но и этого было достаточно, чтобы почувствовать дискомфорт в глазах. С трудом разгибая конечности, я выполз наружу. Ворс ковровых дорожек приятно щекотал голые ступни ног. Я направился в душ. Там уже яблоку негде упасть. На пять душевых кабинок приходилось по десять-двенадцать человек. Сойка поднял всех своих головорезов. Помятые, небритые в течение долгого времени, они вяло переругивались и пробовали шутить, но в то же время старались занять лучшее место под струями горячей воды.

Я не торопился, блаженствуя во влажном и горячем паре, отогревая кости. И как только кабинки стали пустеть, занял одну из них. Сойка тут же оказался рядом. Лукаво улыбаясь, он наклонился ко мне, а струи воды, разбиваясь о его голову, летели в лицо.

— Скажи честно, князь, зачем купил кристалл за такие деньги? Были ведь причины! За просто так ты не станешь выкидывать свои кровные.

— В моей коллекции как раз не хватает именно такого камня.

— Знавал я одного парня, — ухмыльнулся Сойка, — который был помешан на камнях. Они, знаешь, не довели его до добра.

— Что с ним произошло? — я сплюнул мыльную воду, попавшую в рот.

— Исчез без следа. Искать перестали через пять лет. Сошлись во мнении, что он погиб из-за коллекции своих камней. А труп долго ли спрятать на просторах Вселенной?

Я согласно кивнул, зная, о ком он говорит. Но одного Сойка не знает: где этот парень находится. Скажу, что он жив.

Впервые за время полета обед проходил в общей кают-компании. Народу было много, за столом еле устроились. Сойка со смаком уплетал за обе щеки комбинированный обед, приготовленный из банок, а я пытал его вопросами:

— Ты хорошо подумал, прежде чем поднял команду раньше времени?

— Да ты-то что переживаешь? Выбрось печали из головы, — Сойка энергично прожевал консервированный кусок мяса. — Мы выходим за пределы Конфедерации, а спящие мухи мне не нужны. Мышцы у людей атрофировались — вот проблема. Придется погонять на тренажерах.

— Вы безоружны, — напомнил я.

— Так же, как и вы, — отпарировал Сойка.

Поведение головорезов, шныряющих из отсека в отсек, мне не нравилось. «Победоносец» был похож на растревоженный улей. Кэш мрачнел на глазах. Кому нравится, когда в работу отлаженного механизма вмешивается сила, которая разрушает быт и вносит хаос. А парни капитана Сойки были той силой, которая сумела разбить тишину и спокойствие на корабле.

На Палистре не очень-то удивились нашему появлению. «Победоносец» оседлал орбиту. Сторожевой катер с командой таможенников состыковался с нами, и два офицера с десятком солдат появились на капитанском мостике. Осмотр борта не занял много времени. Но к сопроводительным документам военные проявили больше внимания.

— Что-то мало они похожи на туристов, — буркнул один из офицеров, когда посмотрел на здоровенных лбов, качающих мускулы. — Никогда не встречал подобного.

— Не верь глазам своим, — Сойка появился словно из-под земли, если так можно было назвать межпалубные перекрытия. А ведь Кэш строго-настрого запретил ему появляться в святая святых корабля.

— Какие-то проблемы, господа?

Кэш побагровел. Офицеры с подозрением уставились на Сойку. Они на всех смотрели с подозрением, даже я не избежал этой участи.

— Кто вы, сэр? — вежливо поинтересовался один из них.

— Помощник гида, офицер. Как я понимаю, вы даже не представились… О, извините, я несколько наивен, и понимаю, что со своими земными замашками раздражаю вас…

Сойка немигающе уставился на офицеров. Чем привел тех в замешательство. Старший по званию офицер, я слабо разбирался в чинах космического флота, нехотя козырнул:

— Ростиков. Старший штаб-офицер гарнизона Палистры. Мой помощник Стокер.

— Тогда вам сообщение от генерала Брукса. Лично. Вот дискета. Прошу вас прослушать и просмотреть сейчас.

Сойка неуловимо выдернул из-за пазухи маленький кругляшек цвета вороненой стали и подал Ростикову.

— Где я могу прослушать сообщение?

— Я представлю свой кабинет, — кивнул Кэш. — Идемте, штаб-офицер.

Генерал Брукс являлся заместителем министра таможни, и его обращение к гарнизону Палистры значило какие-то глобальные изменения. Мне по статусу не полагается интересоваться сугубо чужими делами, тем более я не компетентен в таможенной службе. Но ведь здесь не только таможня. В воздухе ощутимо запахло жареным.