Шрифт:
Ого! Прям, граф-вампир! Сверкнул-принудил-победил.
Слоган, почти, как у Цезаря.
А тем временем Граф-красный-глаз переводит взгляд на тетушку и медленно, едва не по слогам произносит:
— Жду вас в гостиной через пять минут.
Звучит страшно…
Тетка, бледная, как смерть, выдавливает из себя кивок, пятится к выходу и быстро скрывается в темноте коридора.
А Граф Дроттер поворачивается ко мне.
— Вас не тронули? — спрашивает спокойным, даже немного отстраненным голосом.
Прижимаю к себе одеяльце, чуть растерянно оглядываюсь по сторонам, как бы в поиске поддержки.
— Нет… я не знаю, что им было нужно?.. — хлопаю на графа ресницами, неловко убираю локон за ухо.
Марьянелла же вроде как девственница? (Ну, не может быть не девственницей! Это же закон жанра!)
— Скомпрометировать вас. И желательно — при свидетелях, — прищурившись, отвечает граф Дроттер, а его взгляд то и дело норовит опуститься на мою едва прикрытую одеялом грудь.
Нет, конечно, я заснула в халате, но он так удачно распахнулся во время прыжка на кровать — перед приходом незваных гостей (да ко мне прям очередь в эту ночь!). А после их ухода я так растерялась, так растерялась, что даже одеяло приспустила… как бы забыла про него — взглянув в глаза графа Дроттера…
Какая я коварная, аж самой нравится.
— Но я невинна, — чуть подтягиваю одеяло наверх, прижимая руки к груди.
— Это несомненно, — переведя взгляд на потолок, бормочет граф Дроттер.
— Вы верите?.. — удивленно спрашиваю.
— Вашу невинность я ощущаю… особым чутьем, — отрывисто бросает граф Дроттер, отворачивая от меня голову.
— Тогда моя репутация спасена, — облегченно оседаю на постель, глядя на графа благодарными зелеными глазищами.
— Постарайтесь успокоиться и заснуть. Завтра для вас будет важный день, — вижу, что граф-красный-глаз собирается оставить меня, и выпаливаю взволнованно:
— А что будет с тетушкой?..
Хоть бы погнали из столицы поганой метлой!
— Я проведу допрос. От его результатов будет зависеть — встретитесь ли вы на завтраке, — сдержанно отвечает мужчина и закрывает за собой дверь.
Простираю руки к небу и с благодарностью смотрю на потолок.
Если мне предстоит проторчать в Сарамнии еще некоторое количество времени, то лучше проводить его в комфорте. И без однобоких карикатурных персонажей в окружении, не понятно за что желающих мне зла.
Глава 4
Нежданчик
К моей плохо скрываемой радости, тетушки за завтраком не оказалось. А вот Мерцелла сверкала на меня своими взбешенными очами за двоих: и за себя, и за матушку.
— Это ты во всем виновата! — шипела она, поглощая овсяную кашку.
Даже не думаю отрицать этот факт, потому молча проглатываю содержимое маленькой ложечки. Творожочек… вкуууусный такой…
Да, после почти-что-суток без еды даже он казался мне вершиной кулинарного искусства.
— Ты еще поплатишься за это! — продолжает шипеть Мерцелла.
— А можно вопрос? — произношу неожиданно.
— Да, — от такой же неожиданности соглашается двоюродная кузина.
— А за что конкретно я поплачусь? — склоняю голову, смотрю на нее внимательно.
Мерцелла хлопает ресницами, явно не находясь с ответом. И только открывает рот, как я ее прерываю:
— Только не говори, что «за то, что я — такая»! — предупреждаю сразу, — Приведи факты.
— Ты сделала так, что маму забрали! — плюется ядом Мерцелла.
— Она хотела меня подставить и привела толпу неизвестных людей в мою комнату посреди ночи, — замечаю справедливости ради.
— Ты хочешь выгнать нас из этого дома! — приводит второй факт Мерцелла.
— На секундочку — это МОЙ дом, — отвечаю, подняв бровь.
— Ты забрала мои драгоценности! — выдавливает из себя кузинушка.
— А ничего, что это драгоценности моей мамы?! — уже всерьез оскорбляюсь я за Марьянеллу.
— Ты блондинка! Твое имя тоже начинается на букву «М»! И ты почти того же возраста, что и я! Так что тебя точно запихнут в отбор невест — но тебя там быть не должно! Ты должна сидеть в глуши и сушить грибы, пока я становлюсь королевой!!! — вопит Мерцелла, резко поднимаясь с места.
А я про себя думаю: да, это все — я…
А через пару секунд до меня доходит:
— Отбор невест? Что за отбор невест?
— Ты даже этого не знаешь! — визжит Мерцелла, запрокинув голову, и выглядит так, словно в этот самый момент из нее, по меньшей мере, изгоняют дьявола…
Она реально пугает меня мощью своего праведного гнева… (или не очень праведного — тут смотря с какой позиции смотреть)
— Милая, остынь, иначе мне придется позвать доктора, — замечаю совсем даже не спокойно.